В эти дни Данис Зарипов вместе с «Ак Барсом» отправился в Финляндию, где команда традиционно проводит один из сборов. В интервью «БИЗНЕС Online» игрок рассуждает о своей роли в команде, проблемах возвращения и мотивации, которая никуда не пропала даже после четырех поднятых над головой кубков.

 
 

«МЕНЯ ЖДЁТ НЕПРОСТОЙ ЭТАП»

– Данис, как долго шли переговоры с «Ак Барсом» и насколько они были тяжёлыми?

– Переговоры шли очень долго, так как были определённые сложности, о которых сейчас уже нет смысла говорить. Конечно, мне было сложно расставаться с «Металлургом»: за четыре года уже очень прижился там в хорошем коллективе. Привык к работе всей команды: администраторов, тренеров и руководства. Долго раздумывал: как быть? В итоге моё желание и сердце подсказало выбрать Казань.

– Когда «Ак Барс» вышел на вас с предложением?

– Практически сразу, как закончился чемпионат мира по хоккею (середина мая, – ред.).

– Как думаете, почему они решились в этом году? Ведь была возможность сделать вам предложение гораздо раньше...

– Не могу комментировать их действия, замыслы, решения, так как это руководство, люди, стоящие надо мной. Я не имею никаких полномочий обсуждать их действия.

– Зарипов забросил «Ак Барсу» четыре шайбы за всю серию, столько же забил весь казанский клуб за эти четыре матча. Как думаете, этот фактор сказался на вашем возвращении?

– Не знаю, не могу залезть в голову верхних лиц. В эти моменты может сказаться всё. Может быть, этот факт сыграл ключевой момент, а, может, и нет. По ходу разговора с клубом не выражались обиды, шуток тоже не было. Все прекрасно понимают, что мы выходим на лёд, показываем свою работу и неважно, сколько и кому ты забил.

– Вы общались только с генеральным директором или с президентом клуба? А, может, и с президентом республики были встречи или какие-то разговоры?

– Мне посчастливилось поговорить со всеми... И признаюсь, со всеми состоялся тёплый и дружественный разговор. Мне было очень приятно, что меня хотят видеть в команде.

– Нет мыслей, что болельщики будут помнить, что в прошлом плей-офф Зарипов нас убил?

– Нет, я просто хочу переключиться. Это не говорит о том, что я забуду про четыре года, которые я провёл в «Металлурге» или 12 лет проведённые в «Ак Барсе» до перехода в Магнитогорск. Хочу взять всё хорошее из своего опыта и настроить себя на новый этап, который будет для меня самым сложным. Мы все прекрасно понимаем из опыта возвращений, что ни один человек не показал себя лучше, чем был до этого.

– Это всегда сложнее. Но в «Рубине» есть пример Алехандро Домингеса. Пришёл и ещё лучше стал...

– Возможно. Просто у многих камбэк не получается. Для меня это новый этап и возможность перевернуть этот стереотип. Понимаю, что будет непросто.

– Всё-таки есть опасения, что может что-то пойти не так?

– Я такой человек, который на будущее ничего уверенно не говорит. Всё зависит от моего труда, от работы. Я надеюсь, что оправдаю доверие руководства и тренерского штаба.

– С их стороны тоже должно быть доверие. Они же понимают, что Данис Зарипов очень хорошо всегда не может играть...

– Я думаю, они этот момент уже учли (улыбается).

– Кстати, почему так? В «Ак Барсе» у вас крайне редко получалось показывать свой лучший хоккей с самого начала сезона...

– Я сам не знаю почему так, но действительно по осени у меня частенько многое не получается. Без игр сложно набирать форму, и лучше всего получается приходить в кондицию уже по ходу сезона. Единственный момент, когда у меня с начала сезона очки пошли, был в «Металлурге» в 2013 году. Наверное, это и помогло провести четыре хороших сезона в Магнитогорске, как-то сразу всё пошло.

«ЧЕТЫРЕ КУБКА ГАГАРИНА НЕ ПРЕДЕЛ»

 
 

 

– Может, у вас намеренно подготовка к тому, что лучший хоккей нужно показывать весной?

– Это не намеренная подготовка. Но, к сожалению, это так. Хотя, возможно, это и к лучшему. Этот период даёт очень хорошо задуматься и покопаться в себе для дальнейшей подготовки к решающему этапу.

– Вы же понимаете, что все будут ждать голов от вас уже в августе и сентябре?

– Я прекрасно понимаю, что от меня будут ждать голов с предсезонки. Я буду выходить и делать всё для этого. Но хоккей – это такой вид спорта, в котором ты не можешь выходить и делать в каждой игре максимальный результат. Мы будем стремиться к нему. Если у меня не будет получаться в результативном плане, я всё равно буду делать всё для положительного результата команды.

– Вы понимаете, что возвращаетесь в «Ак Барс» на другую роль? Ветерана команды или играющего члена тренерского штаба?

– Я даже не хочу об этом думать. Какой я есть, такой и буду. Лидерские качества в раздевалке и на льду никто не отменял. Они живут во мне на протяжении многих лет. Да, я самый возрастной в команде, но дядькой меня называть не стоит. Я такой же, каким и был раньше. Всегда готов помогать молодежи и неважно, что мне сейчас 36 лет, что-то подсказывал и говорил и в 26.

– В вашем возвращении у всех два опасения. Первое: Зарипов вернулся, добился своего, всем всё доказал и теперь он будет в тёплой ванной. Что вы можете ответить на это?

– Ни в коем случае. Четыре кубка – это не предел и не показатель. Как я всегда говорю: аппетит приходит во время еды. Сколько бы ты не выигрывал, тебе хочется больше.

– Место для пятого кубка на полке есть?

– Для пятого и шестого ещё осталось. И не только на полочке с трофеями, но и в сердце.

– Второе опасение: в «Ак Барсе» у вас был Алексей Морозов в звене. В «Металлурге» - Сергей Мозякин. Два выдающихся мастера. А в «Ак Барсе» сейчас не видно такого сильного партнёра под боком...

– Все мы из чего-то вырастаем. Вера, желание, доверие тренера, может зажечь новые звёзды российского хоккея! Морозов с Зиновьевым тоже из чего-то выросли.

– Морозов уже был большим, признанным мастером, он вернулся из НХЛ. Зиновьев здесь тоже зажигал до того, как появилось ваше звено. Тут, скорее, Зарипов к ним подтягивался в своё время.

– Да, не спорю.

– Теперь мы видели, как Зарипов вместе с Мозякиным заставили цвести чеха Коваржа. А кто будет в Казани расцветать рядом с вами?

– Двое зажгли одну свечу. Сейчас у меня задача сложнее – одному зажечь две свечи.

– А в «Ак Барсе» есть свечи, которые можно зажечь?

– Конечно, есть. На мой взгляд, любой из этой команды может достойно проявить себя в этой роли.

– А есть уже понимание, с кем будете играть?

– Не будем раскрывать карты, потому что это будет преждевременным разбором соперника. Это дело тренерского штаба. Не хочется лезть в эти моменты. На первой тренировке после возвращения я катался вместе с Владимиром Ткачёвым и Андреем Чибисовым – отличные ребята. Володя играл уже играл в сборной. Но говорить о том, что мы именно в таком сочетании будем играть, нельзя, решение за тренерским штабом. У Зинэтулы Хайдяровича однажды получилось собрать наше звено, уверен, что получится и сейчас.

– Плюс у «Ак Барса» продолжается селекция, как мы понимаем, в команде ещё есть свободные места...

– Всегда есть возможность усиления, но я не селекционер клуба, а хоккеист. Тут не моя компетенция.

«ПЕРЕХОД В «АК БАРС» – ЭТО ЧИСТО МОЁ РЕШЕНИЕ»

 
 

 

– «Магнитка» до последнего ждала, пока вы договоритесь с «Ак Барсом» или параллельно вела переговоры с вами?

– Не буду комментировать. Скажу единственное: перейти в «Ак Барс» — это чисто моё решение.

– Но активное предложение было от «Металлурга»?

– Да. «Металлург» рассчитывал на меня.

– В «Магнитке» есть уникальный человек – Геннадий Величкин, генеральный менеджер клуба, который создаёт большую атмосферу. Есть ли в «Ак Барсе» такой человек, на которого можно опираться вне льда?

– За четыре года поменялось многое, сейчас мне не хочется всё это комментировать. Мы можем об этом поговорить спустя какое-то время.

– С Билялетдиновым вы уже разговаривали?

– Да, разговаривали, поговорили душевно. В принципе нашли общий язык и решили идти одной дорогой к Кубку.

– Нет такого ощущения, что ему навязали Зарипова? Просто сверху сказали: бери и всё...

– Нет, мне такого не показалось.

– Как вы себя видите себя в системе Билялетдинова? Сможете ли вы вписаться в эту систему или для вас уготована другая роль?

– Мы обсудили всё, нашли общий язык. Мы приняли общий путь – взять Кубок. А какими методами пойдём – неважно. Мы будем делать всё, что от нас зависит. Я как его подопечный, буду делать все для команды и правильного пути к трофею, которого Казань не видела уже семь лет!

– «Ак Барс» сильно поменялся за четыре года?

– Я ещё толком нигде не был.

– А если взглянуть на команду со стороны?

– Если говорить по прошлому году, команда очень сплочённая, ребята, способные побеждать. Есть опытные хоккеисты, молодые игроки, которые так же выходят на рассвет своей карьере и хотят почувствовать, что такое победа. Они показали в прошлом году, что имеют опыт и имение побеждать.

– «Ак Барс» сделал только два приобретения...

– Это вот показатель того, что в Казани есть команда. Руководство посчитало нужным сохранить костяк и точечно усилить состав.

– Если вспомнить 2013 год - эта боль обиды, которая была, уже ушла? Ведь в клубе те же самые люди остались...

– На самом деле была обида, спорить не буду. Было недопонимание какое-то, результат был не тот. Так произошло, что нам с Алексеем [Морозовым] пришлось уехать из «Ак Барса». На данный момент я не жалею об этом. Думаю, что ни один бы хоккеист об этом не пожалел. За четыре года я дважды поднял Кубок над головой и трижды играл в финале. Но все равно жалею.

– Насколько это решение заставило переосмыслить жизнь?

– Ни насколько.

– Вы вообще не поменялись за это время?

– Не поменялся. Какой я был, такой и есть.

«У НАС СЕЙЧАС ОБЩАЯ ЗАДАЧА»

 
 

 

– Вы признаёте, что ваш последний год в «Ак Барсе» получился неудачным?

– Я не спорю. Он получился неудачным от общего результата команды.

– А если перемотать и представить, что вы остаётесь в «Ак Барсе». Был бы такой же результат, как в «Магнитке»?

– Почему нет? Зарядки на предсезонных сборах берут своё (улыбается)! Но давайте не будем ворошить прошлого. У меня сейчас уже нет обиды, я говорил с людьми в «Ак Барсе» и вижу, что они также настроены конструктивно. Была ошибка или нет, сейчас уже неважно. Я снова в «Ак Барсе», и у нас снова одна общая задача. Нужно выходить на лёд и побеждать.

– Вам не кажется, что вы стали более зрелым человеком? Появился бизнес, в жизни немного поменялись обстоятельства...

– Это совершенно другие моменты.

– Подождите, какая разница? Вы же не разный человек в жизни и на льду. Если человек взрослеет, он и там, и тут взрослеет.

– Безусловно взрослеем не только мы во всем, но и специалисты. Да и хоккей не стоит на месте. Добралась до нас и методика, по которой наш хоккей вновь обретёт технические качества.

– Насколько сильнее за это время стал Данис Зарипов?

– Сезон покажет.

– Солидности наверняка добавилось?

– Какие-то моменты я и до этого пересматривал. С каждым годом появляется мудрость, на многое смотришь иначе.

– Вам принципиально быть капитаном «Ак Барса»?

– Нет.

– Вы понимаете, что публика может этого потребовать? Или это неважно?

– Как решит руководство и команда.

– Для вас это никогда не было важным моментом?

– Это не главное. Главное коллектив и результат.

ДОСЬЕ «БИЗНЕС Online»
Данис ЗАРИПОВ
Родился: 26.03.1981, Челябинск
Карьера: «Мечел» (Челябинск) - 1996-1998, 1999-2001, «Свифт-Каррент Бронкоз» (Свифт-Каррент, Канада) - 1998/99, «Ак Барс» (Казань) - 2001-2013, 2017-по н.в., «Металлург» (Магнитогорск) - 2013-2017.
Достижения: заслуженный мастер спорта, пятикратный чемпион России (2006, 2009, 2010, 2014, 2016 гг.), четырёхкратный обладатель Кубка Гагарина (2009, 2010, 2014, 2016 гг.), трёхкратный серебряный (2002, 2007, 2017 гг.) и бронзовый (2004 г.) призер чемпионатов России, трёхкратный чемпион мира (2008, 2009, 2014 гг.), серебряный (2015 г.) и бронзовый (2007) призер чемпионатов мира, обладатель Кубка Европейских чемпионов (2007 г.), обладатель Континентального кубка (2008 г.).
Владелец завода клюшек «ЗаряД» и школы хоккейного мастерства «Победный бросок».

Четырёхкратный обладатель кубка Гагарина, нападающий «Ак Барса» Данис Зарипов будет главным оружием Билялетдинова в новом сезоне. После первых тренировок на родном льду в Казани форвард рассказал, как готовился к сезону, про значимость Билялетдинова, а также обозначил главную цель на предстоящий сезон КХЛ. 

«В плане опыта и титулованности Билялетдинов сейчас на голову выше всех в лиге»

— Как провели лето? Где готовились к сезону? 
— К сезону готовился в Казани, у меня тут хорошие условия. Есть центр по подготовке хоккеистов, а наши хорошие друзья предоставили тренажёрный зал. 

— С чем связан переход в «Ак Барс», почему ушли из «Металлурга»? 
— В первую очередь при переходе сыграло роль возвращение домой, хочется здесь жить и играть. Да и «Ак Барс» давно не выигрывал Кубок Гагарина, сейчас перед клубом стоят самые высокие задачи – это всё и сказалось на моём возвращении домой. 

— Если не считать двух Кубков Гагарина, какой самый запоминающийся момент за четыре года в «Металлурге» вы можете назвать? 
— Не хочется выделять какой-то один момент, потому что они все очень памятные, мы достигли самых вершин, и каждый момент памятный и важный. 

— В одном из интервью вы сказали, что не раскроете секрет тройки Зарипов – Коварж — Мозякин, пока играете с ними в одной команде. Теперь вы игрок другого клуба, так в чём же был секрет, «химия» вашего звена
— Мы стали хорошими и близкими друзьями, быстро нашли общий язык между собой как в жизни, так и на льду. Ян и Сергей — настоящие профессионалы, мастера своего дела, их ничему не нужно было обучать, а просто направлять, поэтому они постоянно, выходя на работу, показывают самые высокие результаты.

— Что для вас значит фигура Билялетдинова? Каким вы его видите? 
— Если рассматривать его как тренера, то на данный момент Зинэтула Хайдярович самый опытный и титулованный тренер в лиге, в этом плане он на голову всех выше. 

— Билялетдинов на скамейке практически всегда очень спокойный, а какой он в раздевалке? Может ли закричать на игрока? 
— Мне сложно ответить на этот вопрос, так как я давно не был с ним в одной раздевалке, но думаю, в скором будущем мы всё увидим и поймём, какой он.  

«Даже к лучшему, что «Ак Барс» играет в более оборонительный хоккей»

— Вы уже провели несколько тренировок в Казани - какие ощущения оттого, что вновь вышли в форме «Ак Барса» на тренировку? 
— Ощущения самые положительные, очень много эмоций, есть большое желание показать хороший результат, подготовиться к чемпионату, добраться до финала игр плей-офф и выиграть Кубок Гагарина. 

— «Металлург» играет в более открытый хоккей, а «Ак Барс» от защиты - сложно перестроиться и привыкнуть к такой игре? 
— Вы знаете, это даже к лучшему, что «Ак Барс» играет в более оборонительный хоккей, просто сейчас нужно немного точечно усилить нападение и дать небольшой простор для применения фантазии игроков в атаке. И я думаю, что это позволит команде забрасывать больше шайб в ворота соперника.

— В последние годы в хоккее появилась тенденция «нырять». Как с этим можно бороться? Нужно ли ужесточить меры наказания, чтобы у игроков даже желания не возникало имитировать жертву нарушения правил? 

— С этим очень тяжело бороться. Всё зависит от игроков, которые применяют такой способ. В играх плей-офф, в финале хороши все способы, которые влияют на результат матча, но это скверное действие. Сложно понять, откуда исходит желание в «нырке» — от тренерского штаба или самого игрока. Касательно ужесточения мер за «дайвинг» — это не моё дело, пусть этим занимается судейская коллегия.

— Всю свою карьеру вы отыграли в Восточной конференции. Это так сложилось случайно? Или есть какой-то принцип относительно возможности перехода на Запад? 

— Никакого принципа нет. Просто меня вполне устраивает Восточная конференция.

— В мае вы комментировали матч чемпионата мира по хоккею — понравилось? 

— Мне очень понравилось комментировать матч, но ещё больше мне нравится самому принимать участие в играх. 

— В будущем нет планов стать экспертом на телевидении, как это делают ваши коллеги, которые уже закончили карьеру? 

— Я не задумывался об этом. У меня ещё проходит профессиональная карьера игрока и действующий контракт, так что я полностью погружён в игру. 

— Какой фактор будет определяющим в этом сезоне КХЛ? Учитывая длинный перерыв на Олимпийские игры и спаренные матчи в играх плей-офф. 

— Безусловно это подготовленность команды, если игроки готовы на все сто процентов к решающим матчам, то уже ничто не сможет их остановить — ни долгий перерыв на Олимпиаду, ни спаренные матчи, ни усталость. 

— Какова ваша личная цель на новый сезон КХЛ? 

— Цель одна, самая высокая — отобрать у питерского СКА кубок Гагарина и поднять его над головой.

Источник: «Чемпионат»

Фото: www.ak-bars.ru/

Воспитанник «Ак Барса» Денис Архипов в интервью Артёму Зырянову Sports.ru рассказал о том, как был лидером «Нэшвилла» в начале 2000-х, играл у Барри Троца до Овечкина и побеждал на чемпионате мира среди молодежи.Архипов был лидером команды в начале 2000-х, играл у Барри Троца до Овечкина и побеждал на чемпионате мира среди молодежи.

- Денис, вы нигде не играли с 2013 года. Чем занимались?

– У меня были предложения продолжить карьеру, но с агентом немного затянули, и так получилось, что ничего достойного на рынке не было. Я не стал долго ждать, стало неинтересно и решил завершить карьеру. В сезоне-2012/13 я мало играл. И травмы, и с тренерами не сходился. Вот так и получилось.

- Вам было всего 33 года. Не жалели, что так рано бросили играть?

– Были вещи поважнее в тот момент, и я совершенно не жалею о своем решении. Что сделано, то сделано. Можно было поиграть, но раз уж это случилось…. Пусть молодые играют.

- Говорят, что вы живете на два дома – один в России, другой – в США.

– У меня остался дом в Нэшвилле. Приходится ездить туда-обратно. Месяца два-три провожу в США, потом еду в Россию, и снова обратно. Американского гражданства нет, грин-карта. Продлят – буду ездить еще, если закроют – буду жить только в России.

- Многие энхаэловцы возвращаются в Россию и устраиваются после карьеры в КХЛ. Вас не приглашали?

– Я даже на коньки не вставал в последние годы, и желания не было. Я совершенно отстранен от хоккея, не соскучился по нему. Значит, не такой большой фанат игры был всю жизнь. В Нэшвилле-то на хоккее только один раз был, когда Антона Волченкова взяли в команду. Он приехал в новый город, хотел с ним пообщаться, и все. Больше не ходил.

* * *

- Скажи вам лет 10 назад, что «Нэшвилл» выйдет в финал Кубка Стэнли, как отреагировали бы?

– Да не то, что десять лет. Если бы еще в начале сезона такое сказали – не поверил. В этом и прелесть плей-офф. Регулярку «Нэшвилл» не может занести себе в актив, многое шло кувырком. А тут финал. Это очень серьезная заявка.

- Главная заслуга – это вратарь Пекка Ринне?

– Вратарь – это да, но посмотрите, сколько «Нэшвилл» пропускал в этом году в чемпионате. Так много никогда не было, а в плей-офф Ринне играет по-другому. Здорово провел серию с «Чикаго». Удивительная для меня игра Ринне. Хотя я до последнего не верил, что они пройдут «Анахайм», но смотри-ка. Зацепились.

- Вторая причина – обмен Ши Уэбера на Пи Кея Суббана?

– Много ходило разговоров о том, насколько это правильно, но, мне кажется, дивидендов, которых от него ждали, Уэбер «Нэшвиллу» не приносил. Даже удивительно, что вокруг защитника строилась команда. Ну, ок, это решение клуба.

- По игре не сказать, что сейчас «Нэшвилл» сильно отличается от времен с Барри Троцем. Насколько изменил ее Питер Лавиолетт?

– Да, ничего хитрого нет. Что-то Лавиолетт изменил, но для меня в этом выходе команды в финал очень много везения. Такого опыта кубкового у нее нет, в последние годы она вылетала в первом раунде. Сразу попала на «Чикаго», потом сильные «Сент-Луис» и «Анахайм». Да, много молодых ребят, появились какие-то новички. Но для меня это настоящая Золушка этого плей-офф.

* * *

- 1998 год. Вы только что выиграли золото суперлиги с «Ак Барсом», вся Россия болеет за «Детройт», а вас выбирает на драфте какой-то непонятный «Нэшвилл». Что сказали агенту, когда узнали об этом?

– В 5 утра звонит мой агент Алексей Дементьев и говорит, что я задрафтован «Нэшвиллом». Я ему: «Да-да-да». Положил трубку и лег спать дальше. Никаких эмоций. Не понимал тогда еще, что за «Нэшвилл», и могу представить, как был удивлен Алексей. «Нэшвилл» был хорошей командой для взлета, для того, чтобы начать играть. Молодой клуб, только набирал состав. А был бы кто-то другой – непонятно, сложилось бы в НХЛ или нет. Повезло мне с драфтом. Я приехал в летний лагерь новичков, подписал контракт, вернулся в Казань, собрал вещи и снова в Нэшвилл.

- Тогда еще не ставили клубу условий, что вернетесь в Россию, если отправят в АХЛ?

– Все зависит от ребят, конечно, но я считаю, что если уж уезжать, то уезжать. Было много примеров на моей памяти, когда ребятам не хватало терпения. Например, Денис Платонов в первый год был отправлен в фарм-клуб – он решил, что его не будут поднимать, и тут же уехал. А потом у нас ломается сразу 3-4 человека. Наверняка бы ему дали шанс.

Я настроил себя сразу – фарм-клуб так фарм-клуб. Буду играть там, первый год попробую, а потом видно будет. В АХЛ тоже интересно. Три месяца провел в Милуоки. Веселая была команда. Александр Бойков, Евгений Наместников играли, потом Алексея Васильева к нам обменяли. Другая страна, новый опыт. Домой я точно не рвался.

Женька Наместников мне говорил то же, что я потом рассказывал Платонову. Перетерпи, шанс дадут. Не уезжай сразу, если решил попробовать. Но все зависит от человека. Кто-то по дому скучает через две недели, кого-то надламывает ссылка в фарм-клуб.

- Самая большая жесть в фарм-клубе?

– Я там только три месяца провел, так что ничего плохого не вспомню. У нас были классные ребята в команде. Мы собирались вместе, ставили карточный стол, много пива. Автобусные путешествия пролетали в миг. Очень хорошие были времена. В Милуоки было много русских, и чувства, что оторван от дома, не возникало.

Разве что морозы там были жесткие. Это прямо под Чикаго, Мичиган, очень ветрено. Хорошо, что в январе меня подняли в «Нэшвилл». До конца не ощутил холода.

- Обычно рассказывают про первый матч НХЛ. Расскажите про первый вызов.

– О, веселая была ситуация. «Нэшвилл» играл с «Ванкувером» на выезде, а «Милуоки» находился дома. Был Новый год, мы с Алексеем Васильевым хорошо так загуляли. Хотя первого января там же не празднуют – у нас по расписанию тренировка. Тренер очень разозлился, когда увидел нас такими. Сказал, что с вами ребята все понятно. На несколько матчей не ставил в состав, и вот где-то 7 января этот тренер мне звонит. Я понимал по-английски еще через слово, но уловил:

– Денис, тебя вызывает «Нэшвилл», но знай, что я против этого. Ты еще не готов к НХЛ.

И я ему:

– Так не вы же меня вызываете. Ваше какое дело?

В общем, я высказал все, что накипело, хотя понимал, что через два дня меня могут отправить обратно к нему. Но было какое-то чувство, что все получится. Он пожелал удачи, намекнув, что скоро меня снова увидит. Ну-ну, говорю, еще посмотрим.

Поехали в аэропорт, а я понятия не имел, где находится этот Ванкувер. Наш рейс отменили, меня посадили на лимузин до Чикаго, где был другой самолет. Долго добирались, прилетел весь разбитый ночью. Не ожидал, что буду играть сразу, но с утра ко мне подходит тренер перед раскаткой и говорит: «Ты в составе». Дальше как в тумане, мало что помню.

Единственный момент – мы проигрываем в конце матча, надо менять вратаря на шестого полевого. Троц подходит ко мне и говорит: «Выходи!» Я подумал, что неправильно его понял, но действительно меня выпустили. Сделал голевую передачу. Я очень удивился, что молодого пацана в первом же матче выпустили вместо вратаря в такой момент. Это было что-то.

- Кураж.

– Дааа, мы поехали в Эдмонтон, я там забил и отдал голевой пас. В команде шутили: из Казани приехал парень, которому очень легко играть в НХЛ. В лифте ехали, наш капитан Том Фицджералд повернулся ко мне и говорит: «Ну, понятно, что там. Два матча, три очка. Что ж будет дальше?».

- «Нэшвилл» в те годы был вавилонской башней. Кого там только не было.

– Я приехал все-таки не 1998-м, а через пару лет, когда команда уже более-менее сформировалась. Генеральный менеджер Дэвид Пойл всегда делал ставку на молодых ребят – это путь, который он выбрал. И когда я появился в команде, тоже было много молодежи. Почти всем парням с драфта давали играть: Дэвид Легуонд,  Мариан Цисар, Скотту Хартнеллу всего 18 лет было, потом появились Владимир Орсаг и Мартин Эрат. Поэтому в плей-офф не попадали – было слишком много молодых.

- У вашей тройки с Эратом и Орсагом даже было прозвище – Vowel line. Что за история?

– Это был третий год в НХЛ. Сначала я играл с Хартнеллом и Цисаром, на второй сезон Эрата почему-то отправили в фарм-клуб, хотя он был вполне готов. И уже потом нас собрали. Очень хороший сезон получился, один из самых запоминающихся. Vowel line – звено, которое делает большой шум. Выделялись мы, в общем.

Не скажу, что на нас специально ходили, но интервью брали часто. В Нью-Йорке делали передачу о всей тройке, журнал выпускали. И именно у всех вместе, а не так, что хватали кого-то поодиночке.

Не могу понять, почему на следующий год нас разбили. Вообще не дали шанса. Не сыграли десяти игр и сразу по разным углам всех троих. Может, какое-то указание сверху было…. Даже двоих не оставляли в одном звене, развалили тройку. Потом в конце сезона собрали вместе, но уже не получилось так. Орсага обменяли, у него начались травмы, а Эрат хорошую карьеру сделал в НХЛ. Я его три года назад в Нэшвилле видел. Он там живет сейчас.

* * *

- Чем запомнился Карлис Скрастиньш?

– Скрастиньш был защитником, к которому прилипало все – все броски соперников ловил. Если что-то болело, то никогда не говорил об этом. Сколько игр подряд он провел, «железный человек». Даже рекорд какой-то побил в НХЛ, если не ошибаюсь. Мы дружили, жили какое-то время рядом. И такая история с самолетом в Ярославле… Он никогда не рвался играть в России, так как у него всегда были предложения в НХЛ. «Колорадо» хотел его удержать, но Карлис решил принять контракт «Локомотива». И в первый же год… Парень был очень хороший.

- В «Нэшвилле» играл Клифф Роннинг, напарник Буре по «Ванкуверу»-1994.

– Клифф – удивительный парень. С такими данными играть в НХЛ – это что-то. Маленький, вес небольшой, но так мыслил на площадке! Что он делал на льду! В большинстве играл на задней линии. Для меня это было что-то впечатляющее. Вообще много классных ребят в команде тогда собралось. Они подходили к молодым, подсказывали, как сделать лучше, объясняли.

- Вы замечали, что у Джордина Туту были проблемы с алкоголем, когда он играл в «Нэшвилле»?

– Это его личное дело, но во многом Туту расхолаживала вся команда, он почувствовал популярность. Туту приехал в большой город, деньги, слава. Кто-то может удержаться, чтобы не сорвало голову, а у него пришло время для срыва. От этого не застрахован ни один человек. Жалко, хороший парень. Любили его в городе безумно, но не удержался.

- В «Нэшвилле» всегда было много тафгаев – Лоу, Симпсон, Перро. Кто ваш любимый?

– У меня в принципе не может быть любимых тафгаев, так как они мне не нравятся. Не знаю, зачем превращали хоккей в бокс. А Рид Симпсон был классным парнем. Столько провел боев на льду, а каждый месяц нас, молодых, собирал у себя дома на барбекю. У него семья, куча детей, можно спокойно провести выходной вместе. А он нам: «Давайте ко мне, всей командой». Душевный мужик.

А Туту – веселый парень. В нем 175 сантиметров, а он хватал парней под два метра и по стеклу размазывал. Это было что-то. Очень забавно.

- Столкновение с Горди Дуайером это самый страшный момент в вашей карьере в НХЛ?

– А это был Дуайер? Я даже не знал. Я катился в центр площадки, хотел бросить, и тут он в меня въехал. На следующий день звонит Паша Дацюк и говорит: «Дэн, ты попал в топ-3». Я такой: «Куда попал? Я ж ничего не сделал?» Включил телевизор, а там меня показывают. Дацюк снова звонит: «Ты еще жив?». Отвечаю: «Жив, но дома лежу». Очень здорово Дуайер попал. Слава богу, что не было сотрясения.

Я вообще не видел, как он подбежал. В центр-то особо не лазил с шайбой, а тут допустил ошибку. Это самый серьезный хит, который я пропустил.

- Почему в «Нэшвилле» не получилось у Константина Панова, который здорово играл в юниорской лиге и был задрафтован «Предаторс»?

– Костю я хорошо знаю. Не помню, поднимали его хотя бы раз в фарм-клуб. После сезона Панов всегда приезжал ко мне. У него были травмы, то колено, то плечо. Это не давало ему себя проявить в НХЛ. В КХЛ-то он играет здорово. В «Нэшвилле», если бы не здоровье, вполне мог остаться.

* **

- Барри Троц. Какие остались воспоминания?

– У меня вообще о тренерах мало хороших воспоминаний, но это я, может, такой конфликтный. С Троцем все было хорошо до последнего сезона. Не знаю, почему он так взъелся и на меня, и на других молодых ребят, вроде Орсага. Видимо, ему казалось, что мы не дорабатываем – они ждали, что мы будем постоянно так много забивать. Нет бы дать нам шанс на льду – он же занял позицию, что мы не готовы, и я этого не понимал. Весь сезон был как на ножах. В плей-офф меня не поставили. Тогда я понял, что этот сезон в «Нэшвилле» для меня будет последним, что надо просить обмен.

Как человек, вне льда, он хороший мужик. Это даже не обсуждается. А на скамейке бывало, что он неправильно себя вел. Это касалось не только нашего звена, но и других игроков. Сначала он наше звено разбил, а потом еще и крайними сделал. Зато в тот год «Нэшвилл» попал в плей-офф. Удивительно, но факт. Значит, все делал правильно.

- Есть мнение, что его система заглушает лучшие качества игроков. Вы согласны?

– Не сказал бы так. В лучший год он вообще не ограничивал нашу тройку ни в чем. Кричал, правда, чтобы в защите побольше бегали, но если посмотреть на нас троих, то никто этим делом заниматься не любил. Может, только Орсаг каким-то боком прибегал, а я с Эратом все в атаку, все в атаку. А система зависела от подбора игроков. Закрытый хоккей он не навязывал, хотя всю жизнь сам был защитником. Давал играть другим.

- Что за ссора у вас была с Троцем перед уходом из «Нэшвилла»?

– Было такое. Перед плей-офф к нам пришел Сергей Жолток, мы играли с «Детройтом». Счет в серии был 2-3, последняя игра дома, я до этого был в запасе. Жолток уходил со льда на раскатке и сказал, что тренер решил заменить его на меня, и уже сообщил об этом. Я иду довольный – в плей-офф сыграю. И тут Троц подходит ко мне и говорит, что я вне состава. Жолток – серьезный парень, не стал бы шутить.

Обычно кто не играет, тот крутит велосипеды и ждет, когда команда закончит матч. А я переоделся, поехал домой, посмотрел по телевизору и потом вернулся в раздевалку, как это принято. Тренер по физической подготовке ко мне прибежал и говорит: «Ты чего не крутишь?». Я ему: «А толку-то? Все равно никогда не поставят». Троц меня вызывает на следующее утро, спрашивает, что да как. А я: «Да какая разница. Вы все равно серию проиграли».

И все. После этого у нас не было ни одного разговора, хотя он подходил ко мне, здоровался, когда я выступал за «Чикаго».

- Генеральный менеджер Дэвид Пойл в «Нэшвилле» с момента основания, и он вас задрафтовал.

– Мы не слишком часто общались, но знаю, что он пытался меня поменять в последний год. Кажется, в «Нью-Джерси». Я поэтому и возвращаться не хотел после локаута, а подписал контракт с Мытищами. Он мне позвонил, спросил, что и как, почему не еду назад, а я уже понимаю: ага, команда новая, с тренером конфликт, меня пытались менять. Пойл говорит, что может найти мне новый клуб, ну а я отвечаю, что уже нашел сам. Попрощались хорошо. Обид не было.

После того года был очень рад, что случился локаут. Очень не хотел возвращаться в «Нэшвилл».

- До полной энхаэловской пенсии вам не хватило 50 матчей – одного сезона. Почему не остались в НХЛ еще на год?

– Пенсия в любом случае есть, но я еще после «Чикаго» решил, что поеду домой, смысла оставаться нет. Меня хотели оставить на год, но «Ак Барс» звал домой на три года. Хотелось спокойствия, чтобы не метаться с места на место. Поэтому я уже знал, что не вернусь.

- «Чикаго» хотел вас оставить, а ваш 19-й номер отдал Джонатану Тэйвсу сразу после драфта.

– А я им сразу сказал, что не вернусь. Решение было принято еще по ходу сезона. Дэйл Тэллон мне звонил, предлагал контракт, но ему сразу сказал – я, наверное, домой. Они могли отдавать уже чего угодно кому угодно.

- Тот «Чикаго» называют одной из самых неорганизованных команд НХЛ, и такого бардака больше не было нигде. Правда?

– Бардак… Я бы не сказал. Тренеров меняли, но нормально все было. С Николаем Хабибулиным хорошо время проводили, потом Никиту Алексеева обменяли. Чехарды хватало, конечно. Первый тренер Трент Йони вообще неадекватный какой-то. Его так хвалили, так хвалили, а я как увидал, сразу подумал – как таким вообще можно быть? Он показывал нам военные фильмы, показывал, как кричат на солдат, и говорил, что будет делать точно также. Я ему сказал, чтобы он на детей так своих орал, а не на нас. Обиделся. Хорошо, что его поменяли, а то обменяли бы меня. Вместо него пришел Дени Савар, и с ним было здорово.

Вы бы видели, что он выкручивал на тренировках с нами. Задумывались, а что он мог делать, когда играл. Жаль, что чего-то ему не хватило как тренеру, а человек он замечательный.

* * *

- В золотой молодежке 1999 года было много задрафтованных ребят: вы, Виталий Вишневский, Артем Чубаров, Максим Афиногенов, Денис Швидкий, Максим Балмочных, Петр Счастливый, Алексей Волков и так далее. А закрепились в НХЛ единицы – вы, Афиногенов и Вишневский.

– Чубаров еще неплохо за «Ванкувер» играл, и это загадка всего Нижнего Новгорода, почему он решил вернуться. Удивительно, на самом деле. Никто понять не мог, почему Артем так сделал.

А команда у нас была хорошая. Если 5-6 человек заиграло в НХЛ, то уже неплохо. Самый большой сюрприз – что у Максима Балмочных не получилось. Это разочарование всего нашего года. В юниорах, в молодежке он был лучшим. Круче Афиногенова. На молодежном чемпионате мира здорово сыграл, пусть тогда в финале Чубаров с Афиногеновым вдвоем нас просто вытащили. Балмочных классный гол забил тоже одной рукой. Но что-то в «Анахайме» у него не заладилось. Все у него было – все данные. Удивительно для меня, что не получилось.

Недавно кто-то из друзей скинул ссылку на статью о той команде, где написано, кто чем занимается сейчас. И я смотрю на состав, и некоторые фамилии даже не помню. Хотя мы вместе все сборы прошли, на чемпионате играли.

- Балмочных говорил, что в «Анахайме» ему не дал заиграть Майк Бэбкок, который был тренером канадской молодежки в 1999-м. Вы в НХЛ ощущали на себе, что кого-то могут зажимать из-за его паспорта?

– Слушайте, так все время. Если ты Овечкин, Ковальчук, Малкин – ты будешь играть. К остальным ребятам, которые приезжают, отношение другое. Если канадец или американец играет на том же уровне, то поставят его, так что нужно быть лучше. Такое есть. Это у нас в КХЛ считают, что если ты приехал из Америки, то это гарантированное первое звено и доказывать ничего не надо. В НХЛ не так. Я помню, когда приехал в Милуоки, получил в партнеры двух бойцов. Даже фамилии их не помню. И как с ними играть? Надо учиться.

Может, Макса и душили, но удивительно было такого пацана задушить. Очень талантливый.

- Победа на том чемпионате самая большая в вашей карьере?

– Победа очень памятная. Понятно, что есть золото с «Ак Барсом», но это был мой первый год в суперлиге, я не так много играл. Больше присутствовал в команде, спасибо Юрию Ивановичу Моисееву.

А в молодежке я играл много, забивал. Хотя на самом деле я ехать туда не должен был. Накануне турнира был в плохих отношениях с Петром Воробьевым, мы недопоняли друг друга. Я понимал, что чемпионат мира едет мимо меня, и тут Воробьев заболел, и в Виннипег повез команду Геннадий Цыгуров, который меня вызвал. С ним вообще проблем не было. Все прошло на одном дыхании, еще и выиграли. Замечательный тренер.

Фото: Gettyimages.ru/Dave Sandford, Doug Pensinger, Scott Cunningham, Getty Images

Артём Зырянов / Sports.ru

«У нас, у татар, всегда задачи самые-самые высокие», — говорит директор ХК «Ак Барс» Шамил Хуснутдинов. В ходе интернет-конференции с читателями «БИЗНЕС Online» подвел итоги сезона, рассказав о том, сколько зарабатывает клуб, развивается ли Зинэтула Билялетдинов как тренер, вмешивается ли Наиль Маганов в спортивные вопросы и возможно ли возвращение Даниса Зарипова.

 

«В КХЛ МОГУТ ВВЕСТИ ЖЕСТКИЙ ПОТОЛОК ЗАРПЛАТ»

— Шамил Нурисламович, как оцениваете итоги сезона для «Ак Барса»?

— Чтобы говорить об итогах сезона, нужно разбить их на несколько составляющих. Если говорить о спортивной части, то на закрытии сезона все услышали от президента клуба, что мы выступили достойно. В этом сезоне мы завоевали бронзовые медали КХЛ, при этом у нас в команде было 14 воспитанников. На мой взгляд, счёт 0 — 4 в серии с «Магниткой» ни о чём не говорит. В первой игре одна ошибка привела к поражению, во второй также — не смогли зацепиться в Магнитогорске.

Вторая составляющая — коммерческие результаты, о которых мы будем докладывать по итогам сезона. В последние три сезона перед нами стояла задача о 10-процентном увеличении доходов по сравнению с предыдущим сезоном. В этом году мы этот план однозначно выполнили. Это выручка от реализации билетов, сувенирной продукции, привлечения сторонних рекламодателей. У нас очень много рекламодателей, контракты которых оцениваются в суммах от 200 тысяч до 1 млн рублей. Таким образом, в этом сезоне мы заработали 50 миллионов рублей. Что касается атрибутики, то у нас порядка 425 наименований, а выручка составила 25 миллиона рублей.

— Сколько «Ак Барс» тратит на зарплаты игрокам?

— О конкретных цифрах мы сможем говорить только после подведения итогов сезона. По регламенту, потолок зарплат выглядит следующим образом: 950 млн рублей, плюс ещё есть возможность выплачивать сверху 20-процентную надбавку за индивидуальные бонусы. Также есть 20-процентная надбавка за командные бонусы. В итоге получается 1,35 млрд. Это сумма, необлагаемая штрафом.

— Как считаете, каков зарплатный бюджет у ваших конкурентов?

— Не называя клубов, скажу, что мы на шестом-седьмом месте по зарплатам. Сколько тратит первая тройка клубов? Думаю, что больше, чем предусматривает потолок зарплат. Кстати, в этом году подходит к концу срок действия регламента КХЛ и, возможно, вскоре все клубы будут в равных условиях. В кулуарах ходят разговоры, что с сезона 2018/19 лига примет решение, что потолок будет жёстким. Сейчас в лиге вся сумма превышения потолка облагается 20-процентным налогом «на роскошь», поэтому, сколько хочешь, столько и трать денег. «Ак Барс» добросовестно закрыл два предыдущих сезона в рамках потолка.

— Какова выручка от продажи билетов?

— Сумма в районе 100 млн рублей. Мы «провалились» по сезонной выручке в сентябре-октябре: календарь был составлен так, что мы за два месяца провели 15 игр дома. Человек не в состоянии тратить на развлечения больше 10 процентов от того, что зарабатывает. Это же не только билеты: ещё и проезд, атрибутика, питание на арене. Более ровный календарь нам в коммерческом плане поможет.

«2-2,5 ТЫСЯЧИ ПРОДАННЫХ АБОНЕМЕНТОВ — ОПТИМАЛЬНО»

— Сколько абонементов продал «Ак Барс» в прошлом сезоне?

— В районе двух тысяч, 1987. Большая группа болельщиков ходит на хоккей десятилетиями. Некоторые люди суеверные: хотят сидеть на конкретном месте. Многие покупают абонементы, но на матчи ходят выборочно, поэтому у нас есть акции: пришёл на все матчи — получил скидку в магазине, скидку на покупку абонемента на следующий сезон. Если смотреть с коммерческой точки зрения, абонемент — это опт. Если продавать на то место билеты на каждый матч, стоимость места значительно увеличивается по итогам сезона. По поводу абонементов: мы планку в 2-2,5 тыс. рублей считаем оптимальной.

— Не тесно ли «Ак Барсу» в одном городе с «Рубином», УНИКСом, «Зенитом» и другими клубами? (Ильшат)

— Во-первых, жить и работать в городе, который называют спортивной столицей России, здорово. Когда есть большой спектр спортивных мероприятий, менталитет жителей становится со спортивным уклоном. Мы анализируем, что нового есть у других клубов, что можем перенять. Нам это не мешает, только подстёгивает. Я считаю, что мы достойно выглядим в этой конкурентной среде.

— Хоккей — вид спорта номер один в республике?

— Я думаю, да. По количеству занимающихся, рейтингам, посещению сайта — у нас 15-20 тысяч посетителей ежедневно, более 200 тысяч активных пользователей социальных сетей. Наша служба маркетинга небольшая, но там работают люди, которым нравится эта работа. 15 апреля — выходной день, вечером футбол, на следующий день Пасха. Сколько людей будет на закрытии сезона? А на следующий день читаю вашу газету и понимаю, что на встречу с нашей командой пришло больше народу, чем футбольный матч. Это приятно, это результат работы маркетологов.

— Сколько стоит абонемент на «Ак Барс»?

— Абонемент на хорошее место в центральном секторе стоит 20 тысяч, а абонемент в фан-секторе может и в десять раз дешевле. В том, что касается продажи лож, организации питания, мы передали права «Татнефть Арене». По регламенту должна быть наша ложа, гостевая и ложа КХЛ. Это они нам отдают, а дальше сами занимаются продажей.

— Какие акции для болельщиков готовите на следующий сезон? (Борис)

— Пока могу сказать, что в межсезонье мы никуда не пропадём, у нас разрабатываются программы и общегородского квеста, и саммерфест, и съезд фанатов. Цель этих акций в том, чтобы паузы в межсезонье становились меньше, а наших болельщиков — больше. Есть интересные планы и по экологическим акциям. На следующий сезон много мыслей, но они должны быть обоснованы, для чего это нужно делать, как эта тема будет развиваться.

— В этом году «Ак Барс» провел закрытие сезона именно в то время, когда сезон закончился, а не летом, как раньше.

— Проводили летом, потому что к церемонии вручения кубка, золотых медалей надо готовиться более тщательно, надо согласовывать график руководителей не только с территории Татарстана. В этом году решили закрыть сезон пораньше, чтобы дать ребятам отдохнуть. А распустив ребят, мы рисковали потом собрать только полкоманды на встречу с болельщиками, а это в принципе неправильно. Мы поговорили с ребятами, они задержались, чтобы провести мастер-классы в детских спортивных школах республики.

 



 

«С НОВЫМ ЛОГОТИПОМ НУЖНО ПРОСЧИТАТЬ РИСКИ. У НАС ЕСТЬ ПРИМЕР «РУБИНА»

— Состоится ли в скором времени ребрендинг «Ак Барса»? Новые эмблема, форма, цвета?(Александр)

— Есть примеры, когда клубы десятилетиями пользуются одним логотипом и это не мешает им продавать атрибутику. Есть примеры и того, как клубы презентовали новую форму, поиграли в ней два-три сезона, а теперь возвращаются к тому, что было раньше. В коммерческом смысле есть смысл обновлять форму, но делать это так часто не стоит. Логотип клуба — это то, что у людей в сердце. Работа над тем, чтобы его поменять, давно нами планировалась, но были определённые обстоятельства, почему мы этого не делали. Вопрос в том, как примут это болельщики. Пример вы знаете. Серьёзная компания, новый логотип, а не пошло.

— Вы имеете в виду «Рубин»?

— Да. Болельщики — люди разные, никто не может предугадать, как они это примут. Когда мы будем менять логотип, всё равно будем заказывать форму и со старой эмблемой, потому что она в любом случае будет пользоваться спросом из-за ностальгических эмоций.

— Как в НХЛ стимулируют продажу новой атрибутики?

— В НХЛ очень большую часть обязанностей берёт на себя лига. Так и в КХЛ в каких-то моментах. В сезоне 2015-2016 гг. мы не очень хорошо выступили, но получили 8 млн. рублей от продажи телевизионных прав, это неплохо. В этом году, с учётом того, что первый этап был зрелищным, думаю, что цифра должна быть побольше.

— Что касается ребрендинга, это ближайшая перспектива?

— Это решение уже принято президентом клуба. Создана рабочая группа, привлечены люди, которые зарекомендовали себя профессионалами в этой области. Мы взяли для себя цель презентовать новый логотип в сезоне 2018/19. Мы готовим программу, чтобы просчитать все риски, поэтому берём год на подготовку.

 

— Не хотите сделать так, чтобы болельщики смогли проголосовать за варианты?

— Когда будет выработана полноценная стратегия, точная дорожная карта, будет рассматриваться масса вариантов. Естественно, чтобы определиться с теми вариантами, что наработаны, будет задействована широкая общественность. И ветераны, и болельщики, и спортсмены. Какая-либо конкретика будет чуть позже, пока же мы в самом начале пути.

Как «Ак Барс» помогает ветеранам клуба? Планируется ли в ближайшем будущем поднятие под своды арены новых маек с фамилиями бывших игроков «Ак Барса»? (Артур)

— Этот вопрос не от меня зависит. Есть коллегиальные органы, которые могут принимать такое решение. Для этого нужно добиться серьёзных результатов. Я считаю правильным то, что у нас вешают памятные свитера после завершения карьеры, а то в некоторых дворцах висят свитера действующих хоккеистов. Что касается ветеранов, то у нас уже 8 — 10 лет существует программа помощи. Человек 16 −17 на дополнительном пенсионном довольствии, проводятся мероприятия. Не говоря о том, что многие ветераны работают в республиканском хоккее.

«У ТАТАР ЗАДАЧИ ВСЕГДА САМЫЕ ВЫСОКИЕ»

— В прессе появлялась информация, что новый контракт Зинэтулы Билялетдинова будет рассчитан на два года.

— Не менее двух лет, потому что нет никакого смысла подписывать однолетний контракт при тех задачах, которые ставятся перед тренером.

— Кто решает вопрос, кто будет главным тренером?

— Президент клуба. Но когда он считает нужным, он может посоветоваться и выслушать наше мнение.

— У Билялетдинова 60 матчей в сезоне. Как он может следить за рынком?

— Это работа генерального менеджера. Плюс есть ассистенты главного тренера, можно посмотреть на игрока и в очном противостоянии.

— Например, Билялетдинов настоял на приобретении Хлыстова.

— Хлыстов, как опытный игрок, помог команде и на льду, и в раздевалке. Я считаю, что это было правильное решение.

— Какие функции выполняет генеральный менеджер?

— Зона ответственности генерального менеджера — это школа, молодёжные команды, команды ВХЛ и КХЛ в плане предложений по игрокам, переходов и обменов хоккеистов. В его задачах — просмотр «звёздочек» из других школ, подбор игроков в «Ак Барс».

— Какое участие в жизни команды принимает президент клуба Наиль Маганов? Например, может он во время игры спуститься в раздевалку, чтобы подбодрить ребят?

— Наиль Ульфатович — очень мудрый человек, который тонко чувствует психологическую ситуацию в коллективе, может принять любое решение. Думаю, что его взаимодействие с командой — один из залогов её успешного выступления. В раздевалку во время игры никто не заходит — это закон. Там только команда и тренерский штаб.

 Как планируете вернуть Кубок Гагарина? (Ильнур)

— У нас, у татар, всегда задачи самые-самые высокие. Если вы хотите услышать о том, что мы выстроили концептуальную линию и в ближайшее время не нужно ждать каких-то результатов, то нет, это неправильно. И мы, и болельщики всегда хотим максимального результата. В этом году построим здание, на следующий год купим оборудование, потом персонал и через пять лет будем поставлять отличные станки — не про нас. Глобальная задача стоит, но промежуточные результаты никто не отменял.

 

 
 

«РОМАНОВ? ПРИ ПОКУПКЕ ИГРОКА МЫ НЕ СМОТРИМ НА АГЕНТА»

— В последних играх хоккей «Ак Барса» был блеклым. Нужен ли нам такой хоккей?

— Для вас, для меня, для болельщиков первый вопрос: какой хоккей нам нужен? Вот смотрите, есть два возможных варианта высказываний после сезона. Первый: «Мы играли в красивый и комбинационный хоккей, а то, что не вышли в плей-офф, — это ерунда». Второй вариант «Мы сыграли более сдержанно, минимизировали ошибки, но дошли до почетного места». Что лучше?

— Понятно, что зрителям хочется видеть от «Ак Барса» и побед, и красивой игры. Например, как СКА и «Магнитка».

— Мы к этому стремимся.

— Сейчас игру «Ак Барса» зрелищной не назовешь...

— Вот с этим я в корне не согласен! Сейчас, во время «подписной кампании», я много общаюсь со скаутами и агентами и ни разу не слышал, чтобы кто-то не хотел отдавать игрока под нашу систему, — эти разговоры закончились! Да, они были, но сейчас все иначе. Специалисты видят, что за последние два-три года многое поменялось в организации игры «Ак Барса». Я не согласен с теми, кто считает наш хоккей незрелищным.

— То есть, Зинэтула Билялетдинов как главный тренер развивается?

— На мой взгляд, прогресс очень большой. У нас есть турнирные задачи, вопрос бюджета и задача воспитания собственной молодёжи. Думаю, что у Билялетдинова получается выжать максимум из этих трёх составляющих.

— Несколько игроков «Ак Барса» работают с агентом Станиславом Романовым, зятем Билялетдинова. Нет ли здесь конфликта интересов?(Марат)

— Эта тема обсуждается не первый год, и у людей со стороны может складываться такое ощущение. Но я могу сказать, что мы подбираем игроков не по агентам. Если нам нужен конкретный игрок, мы его долго смотрим и изучаем. Узнаём, кто агент уже тогда, когда вступаем в стадию переговоров. У Романова неплохо получается, много игроков с ним работает. Вот нам был интересен Малыхин. Какая разница, кто у него агент? У Фёдора были обстоятельства, которые мешали ему влиться в коллектив с первого сезона, и то, что у него агент Романов, не гарантировало ему места в составе. Пайгин мало играл в нынешнем сезоне, но никто не вспоминает, что он работает с Романовым.

«ОСНОВНАЯ ЗАДАЧА — УСИЛИТЬ ПЕРВЫЕ ЗВЕНЬЯ»

— Сейчас в команде уже нет таких звёзд, как Алексей Морозов, Данис Зарипов...

— Этот вопрос есть, его нельзя отрицать. Когда в «Ак Барсе» перестали играть Морозов, Зарипов, Зиновьев, все их свитера просто смели с полок.

— Суперзвёзды появятся в составе?

— Мы работаем над тем, чтобы такие игроки из других клубов у нас появлялись. И хотим, чтобы наши воспитанники становились такими суперзвёздами. Нужно, чтобы у нас было две тройки, которые могут решать задачи при игре в большинстве и в матчах плей-офф. Основная задача — усилить первые звенья, что касается третьего-четвёртого звена, то у нас хорошее соотношение «цена — качество».

— Есть одна звезда, которая не прочь вернуться в Казань. Вы рассматриваете вариант с возвращением Даниса Зарипова?

— В поле нашего зрения он есть, но задача не в том, чтобы привезти одну звезду. Если брать кого-то в команду, надо понимать, с кем он будет играть. Пока рано говорить что-то конкретно.

 

 
 

— Здесь всё будет зависеть от Билялетдинова? Или Маганов может настоять?

— Президент может принять любое решение. Наиль Ульфатович — руководитель с большим стажем и знает, где лучше ударить кулаком по столу, а где — поручить принятие решения специалистам.

— Владимир Ткачёв останется в «Ак Барсе»?

— Останется, я более чем уверен. Мы просто взяли паузу, чтобы не мешать ему выступить в сборной. Пока я не ощущаю, что он хочет уехать в НХЛ. Ткачёв — очень умный парень, поедет в НХЛ, когда захочет. Нам приятно, что у нас появляются свои воспитанники такого высокого уровня.

— Как вы считаете, кого можно называть воспитанником клуба?

— Если говорить с чисто юридической точки зрения, то выпускником клуба считается хоккеист, проведший в клубной школе последние два года перед выпуском. Пайгин, Свечниковы? Они все приехали в 10-11 лет, а профессиональными спортсменами стали в 18-20 лет. Да, это были перспективные мальчишки, «звёздочки», но чтобы довести их до такого уровня, потребовались огромные усилия тренеров.

«ПОСТУПОК ПАЙГИНА МНЕ НЕ СОВСЕМ ПОНЯТЕН»

— И все-таки они не местные. Может быть, из-за этого у них нет лояльности к клубу, республике?

— Это не локальная проблема, из других клубов также уезжает много воспитанников. Каждый волен сам выбирать себе путь. Мы считаем, что оптимальный путь — это когда игрок растёт в КХЛ, доходит до определённого уровня и едет в НХЛ. Путь через юниорские лиги, через АХЛ — менее привлекательный, но есть масса известных игроков, которые его прошли. У каждого своя дорога.

— Зият Пайгин решил уехать.

— Поступок Пайгина мне не совсем понятен. Надеюсь, что у него за океаном всё сложится хорошо. Если же он решит вернуться, то двери клуба для него всегда открыты.

— Кого-то планируете возвращать?

— Процесс возращения пошёл: вернулись Лазарев, Насыбуллин, Сошнин, в этом году вернётся Тянулин. Думаю, что через год вернётся Фазлеев. Все, кто уезжает, летом тренируются на базе с ребятами.

— Тянулин точно возвращается?

— Тянулин будет тренироваться с нами, чтобы уже в дальнейшем принимать решение, пройдёт предсезонку.

— Фазлеев?

— Думаю, Радель сам понимает, что совершил большую ошибку, подписав трёхлетний контракт после драфта. Если бы он был просто задрафтован и не подписывал контракт, мог бы приехать играть в родной город.

— Валиев?

— Мы внимательно следим за его игрой и рады его спортивному росту. Ещё раз хотел бы повторить — двери клуба открыты для всех наших воспитанников.

 

 
 

«КОНТРАКТЫ ДОЛЖНЫ БЫТЬ НА ДВА-ТРИ ГОДА»

— У Михаила Варнакова остаётся последний год контракта, по которому он должен получить 100 млн. Не дешевле ли расторгнуть с ним контракт и подписать новых игроков?

— Во-первых, у него контракт не 100-миллионный, а во-вторых, мы прекрасно понимаем, кто чего стоит и какую нагрузку должен нести в команде. Вопрос, который вы задали, будет решаться в зависимости от того, как мы поработаем на трансферном рынке. Может быть, мы найдём кандидата на его место. Может быть, мы договоримся и переподпишем контракт на меньшую сумму по обоюдному согласию (на днях стало известно, что контракт с Ванаковым расторгнут все-таки- ред.).

— Читают ли игроки критику в местных изданиях и на гостевой сайта «Ак Барса»? (Ильшат)

— Критику читают. Кому-то нравится, кому-то — нет. Если это критика, спортивные вещи, то это нормально. С моей точки зрения, вопросы контрактов, денег — это не совсем правильно, вот это людей немного задевает. Не принято обсуждать, кто сколько получает, тем более не всегда информация верная. Решение о неразглашении зарплат принято коллегиально. Но каждый имеет право на свою точку зрения.

 Мы стараемся говорить не о том, что хоккеист много получает и плохо играет, а о том, что на рынке есть игроки, которые при такой же игре получают меньше.

— Любой руководитель хоккейного клуба, подписывая контракт с игроком, всегда предусматривает, что новичок внесёт соответствующий вклад в общекомандный результат. К сожалению, не всегда так бывает. Нам всем известно много примеров досрочных расторжений контрактов с хоккеистами. И не всегда это игроки с большими суммами контрактов. Ошибки бывают, важно вовремя их признавать и исправлять.

 

 
 

«ХОТИМ, ЧТОБЫ АЗЕВЕДО ОСТАЛСЯ»

— Малыхин останется в «Ак Барсе»?

— Весь вопрос с ограниченно свободными агентами в том, что игрок может принять предложение другого клуба и клуб может его повторить или отпустить хоккеиста за соответствующую компенсацию. Не думаю, что у него есть желание уезжать. Я на 99 процентов уверен, что мы найдём общий язык. У нас есть два игрока, Малыхин и Токранов, которые в статусе ограниченно свободных агентов и могут подписать контракт на один год, прежде чем стать неограниченно свободными агентами. (Малыхин подписал контракт на два года - прим. ред.)

— Насколько сильно не хватило Александра Свитова в серии с «Магниткой»?

— Даже его присутствие на скамейке многое значит. Он, как аксакал, человек, с которым остальные игроки комфортнее себя чувствуют. Думаю, его отсутствие в серии с «Магниткой» тоже сыграло свою роль.

— Сейчас с ним ведутся переговоры о продлении контракта?

— Как минимум на один год он останется. Для поддержания микроклимата в команде, развития молодых игроков такой игрок необходим. Он здесь очень комфортно себя чувствует.

— Уже понятно, кто покинет команду?

— Денис Хлыстов. С Эллиоттом не ведём переговоры о продлении контракта. С Галимовым мы уже расстались, потому что хотим создавать условия для спортивного роста наших вратарей. У нас есть много перспективных голкиперов: Билялов, Сидоров, Каляев, Ахметов, Мифтахов. Ари Мойсанен и Сергей Абрамов — специалисты с большой буквы. То, что вратари начали расти, это, в том числе, результат их работы.

— Ведёте ли переговоры с Джастином Азеведо?

— Да, мы хотим, чтобы он остался. Всё будет зависеть от его желания, срока контракта и возможностей на трансферном рынке.

«ТЕМА «ЛИПАЧЕЙ» ДАВНО ЗАКРЫТА»

— Кто ещё из молодых ребят поедет на сборы с основой?

— В начале мая мы определимся и с предсезонными сборами, и с тем, кто поедет. Нужно понимать роль игроков в команде: кому-то полезнее поехать с «Барсом» в роли лидера. Знаю, что Билялетдинов, Кадейкин, Балмин обсуждали все кандидатуры. Думаю, что в Финляндию поедет шесть звеньев.

— Правильно ли, по вашему мнению, что в клубе сделана ставка на то, чтобы в составе былобольше своих воспитанников? И как в будущем реализация этого плана повлияет на кубковые достижения команды? (Раиль Файзуллин)

— Задача одна — мы должны давать дорогу своим воспитанникам. Причём она не декларируется сверху, это наше убеждение — в Татарстане должны играть свои ребята. Вы знаете, что два года назад Мусин и Абросимов практически «завязали» с хоккеем? А сейчас они — игроки основного состава «Ак Барса».

— Сколько в процентном соотношении воспитанников клуба?

— Всего в заявке 25 человек, воспитанников 14, получается больше половины.

— Среди воспитанников клуба мало нападающих.

— Я думаю, скоро это поменяется. 94-й, 95-й годы были «урожайными» для защитников. Мы анализировали игру нападающих «Барса» и «Ирбиса», там много талантливых ребят 17-18 лет с хорошей перспективой.

 

 

 

— Насколько глубоко Билялетдинов вникает в работу школы?

— У каждого своя работа. Требования к игрокам, специфика, воспитательный процесс — тренеры делятся на тренеров ДЮСШ и профессиональных команд. Детский тренер — это и папа, и мама, и воспитатель. То, чему учат в детском хоккее, — это не те инструменты, которыми пользуются в профессиональном хоккее. Билялетдинов ходит, смотрит, может что-то подсказать, но в тренировочный процесс не вмешивается. Школа — это специфическая работа детских тренеров.

— Почему убрали Олега Кофтуна с поста директора школы?

— Его никуда не убрали, просто он в эмоциональном порыве написал заявление, но продолжает работать. Думаю, скоро всё будет ясно. Мы считаем, что Академия имени Моисеева должна больше влиять на школу. В ближайшее время мы должны подписать соглашение с Академией о разграничении наших функций.

 Как оцениваете идею с Академией?

— Главная идея Академии в том, чтобы готовить детей и тренеров в соответствии с последними методиками, освоение опыта североамериканских, европейских школ, чтобы наши тренеры работали более современно. Я думаю, что это даст определённый скачок, и будет больше воспитанников претендовать на место в первой команде.

Какие усилия предпринимает руководство «Ак Барса» по решению проблемы коррупции в ДЮСШ и борьбой с «липачами» (подделка свидетельства о рождении). Что нужно предпринять, чтобы решить данную проблему? (Артур)

— О коррупции — это достаточно громкое заявление, хотел бы лично побеседовать с человеком, задававшим вопрос. Я общался и с родителями, такая тема иногда всплывает. Что касается подделки свидетельств о рождении, то тема давно закрыта: последним «переписанным» игрокам сейчас 28 — 30 лет. Система регистраций сейчас хорошо выстроена, всё на электронных носителях —теперь это просто невозможно. Сразу все данные видны в информационной базе. Раньше роддом и загс регистрировали ребенка, теперь это более десяти инстанций: кроме роддома и загса, это — ФМС, страховая компания, паспортный стол, Единый расчетный центр, Пенсионный фонд и так далее.

«ДОПОЛНИТЕЛЬНЫХ МАТЧЕЙ С «САЛАВАТОМ» НЕ БУДЕТ»

 

— Как вы считаете, не «приелся» ли формат проведения плей-офф по конференциям? Каждый год одно и то же: «Салават Юлаев», «Авангард», «Металлург»(Александр)

— Когда строилась наша лига, многие вещи копировались с НХЛ. Люди там не глупее нас, уже сто лет этим занимаются. Поначалу всё было в новинку и вызывало определённый интерес. Не знаю, как будет дальше, но мое личное мнение — формат плей-офф по конференциям себя уже изжил. Возможно, стоит попробовать формат, при котором первая команда Востока играет с 8-й командой Запада и так далее, или после регулярки объединить все команды в общую таблицу и сделать так, чтобы 1-я команда играла с 16-й и так далее. Когда поменяется формат, плей-офф с первого раунда будет более интересным.

— Что-то менять, наверное, будет сложно, ведь в следующем сезоне Олимпиада.

— В проекте календаря на следующий сезон определено наличие больших пауз в чемпионате для проведения международных матчей с участием национальных сборных. Уже можно говорить, что новый календарь будет очень сложным. Сейчас календарь ещё не разрабатывается, потому что пока неизвестен состав участников будущего чемпионата. Одно знаю точно — после завершения Олимпиады будет буквально два-три матча, и сразу плей-офф. Все команды войдут в плей-офф без достаточной игровой практики.

— Для календаря КХЛ большую проблему создают не только этапы Евротура, но и чемпионат мира.

— Это общеевропейская практика: национальные чемпионаты должны заканчиваться до начала Чемпионата мира. Но зато тот формат, который сейчас есть, даёт возможность игрокам из КХЛ проявить себя на мировом уровне.

 

 
 

 

— Для клуба этот турнир можно назвать большими смотринами игроков?

— Моё мнение — игроков-участников Чемпионата мира все хорошо знают. Интерес представляет лишь то, как они проявят себя в ответственных матчах с сильными соперниками.

— Тем не менее, после чемпионата мира в 2015 году взяли Марека Дялогу.

— Именно после чемпионата мира взяли не Дялогу, а Маттиаса Шёгрена. Но здесь у него что-то не сложилось. Мы продолжаем следить за его карьерой — сейчас у него какой-то спад.

— Уже появилась информация, что летом будет игра в Альметьевске между «Нефтяником» и «Ак Барсом».

— У нас есть предварительный план на предсезонную подготовку: сборы в Финляндии, турниры в Нижнем Новгороде и Риге. Возвращаемся к доброй традиции: на 26 июля предварительно запланирована игра с «Нефтяником». И один матч будет 28-29 июля в «Татнефть Арене» с «Нефтехимиком». Турнир в Риге завершается 16 августа, а уже 22-го начинается чемпионат. Три перерыва на Евротур, Олимпиада, так что график будет просто сумасшедший. В этом сезоне будет не 60 матчей в регулярке, а просто два круга — 56 матчей, если все команды останутся в лиге. Дополнительных матчей с «Нефтехимиком» и «Салаватом Юлаевым» не будет.

«В ЗЕЛЕНОДОЛЬСКЕ МНОГО ТЕХНИЧЕСКИХ ПРОБЛЕМ ДЛЯ ПЕРЕЕЗДА «БАРСА»

 «Барс» переедет в Зеленодольск?

— Желание было, изучали возможность проведения матчей «Барса» и в Зеленодольске, и в Высокой Горе. Есть регламент, который содержит ряд конкретных требований по площадям помещений, количеству зрительских мест, противопожарной безопасности, бортам, стёклам. Это тренировочные дворцы: в Зеленодольске, например, всего четыре раздевалки. Если мы там будем играть, то получается, что 60 дней в году они будут заняты. Чем в это время будут заниматься дети? Чтобы строить дополнительные помещения, нужен проект и время. Работа в этом направлении движется.

 Была надежда, что «Барс», наконец, не будет играть при пустых трибунах.

— Как сделать так, чтобы в зале на 300 мест, сидело 1500 зрителей? Это минимальное требование для ВХЛ. Там столько технических проблем... Технический персонал, судейские бригады. Команда пошла на раскатку, поели, пошли спать. В Зеленодольске с этим не так просто. Хотя идея правильная. У нас в своё время были мысли проведения матчей Чемпионата МХЛ в Богатых Сабах и Пестрецах, но из-за действующего регламента не получилось. Существует вопрос согласия гостевых команд: далеко не все готовы играть в районных центрах. В Казани хорошие условия, гостиницы, кому захочется ехать в Богатые Сабы?

 Вы читаете «БИЗНЕС Online»?

— Читаю ежедневно. Взгляд со стороны — это всегда полезно. Вспоминается конкретный случай. Открываю ваш сайт, вижу заметку про наш баннер с грамматическими ошибками в одном из торговых центров. Благодаря вам, мы быстро исправили допущенные ошибки. Что меня устраивает в вашей газете: если открыл спорт, незамеченным не остаётся то, что сегодня происходит в мире спорта. Журналистика только тогда может быть интересной, когда она независима и имеет свою точку зрения.

 Увидим ли мы вас на аналогичной интернет-конференции перед началом сезона? И возможно ли участие в ней главного тренера команды?

— Да, конечно, наши встречи будут регулярными — дважды в сезон я смогу ответить на вопросы ваших читателей. Что касается главного тренера, думаю, его участие возможно при наличии свободного времени в напряжённом графике работы.

— Шамил Нурисламович, спасибо за откровенный разговор.

P. S.

Во время прошедшей на минувшей неделе интернет-конференции директора «Ак Барса» Шамила Хуснутдинова в «БИЗНЕС Online» был задан вопрос от читателя по имени Артур: «Какие усилия предпринимает руководство «Ак Барса» по решению проблемы коррупции в СДЮШ и борьбой с липачами?»

Сотрудники юридической службы Хоккейного клуба «Ак Барс» связались с читателем и официально пригласили его на встречу в клуб для обстоятельного разговора на данную тему. Задавший вопрос от очной беседы отказался, направив в адрес клуба письмо следующего содержания (орфография и пунктуация автора письма сохранены):

 

«Здравствуйте. Сразу скажу, что у меня нет фактов коррупции в СДЮШ АБ, а речь о данной проблеме, которая существует во всем нашем детско-юношеском хоккее и наличие которой подтвердил экс-президент КХЛ господин Медведев».

Артур Хайруллин, Алмаз Хаиров

Легенда казанского хоккея раскрывает кухню спортивного менеджмента начала «нулевых» в столице Татарстана

Алексей Чупин по праву входит в число самых любимых игроков каждого болельщика «Ак Барса». До сих пор на матчах «барсов» на свитерах фанатов команды можно прочитать его фамилию, причем популярность ее не уступает именам более поздних звезд казанского хоккея — Даниса Зарипова и Алексея Морозова. В первой части эксклюзивного интервью «Реальному времени» Алексей Чупин, ныне директор казанского спортивного комплекса «Ватан», оценивает президента Татарстана как хоккеиста, вспоминает золотой 1998 год, проливает свет на темные стороны казанского хоккейного менеджмента конца 90-х — начала 2000-х и откровенно отвечает на вопросы, связанные с периодическим исходом звезд из «Ак Барса».

 

«Минниханов иногда такие голы-красавцы забивает»

— Вы в хоккее прошли практически все, включая сборную, кроме НХЛ. Почему дальше пошли на административную должность, а не стали тренером или скаутом?

— Почему-то не видел себя в этих ролях. Есть в работе тренера то, чего я на момент завершения карьеры не мог и не умел. И смысла не было идти тренером. Дров бы там наломал и ничего хорошего из этого бы не вышло. Позже еще раз в этом убедился, когда у меня был опыт работы тренером в «Тимерхане» — любительской команде, которая играла на первенство республики. Конечно, если жизнь заставит, я пойду работать тренером. Научусь, нет вопросов. С другой стороны, не хотелось бы быть на вторых ролях. А сразу первым тренером все равно не станешь.

— А это никак не связано с особенностями характера, который вы проявляли на льду — играли жестко, подчас грубо?

— Возможно, и с этим тоже.

— В 1998-м «Ак Барс» впервые выступал в Лиге чемпионов. Играли дома с шотландским клубом, где бегало 80 процентов канадцев. И там весь матч вас такой мелкий канадец провоцировал. Закончилось удалениями и поражением...

— Да, я взорвался, хотя нюансов уже не помню. В принципе, я могу себя контролировать. Иногда через край переходит, но с возрастом это проходит.

— Известно, что именно вы готовили Рустама Минниханова к матчам с «Филадельфией» и чехами.

— Ну как готовил? Он сам тренируется в старом Дворце спорта, я тут вообще ни при чем.

— Ну в одной тройке все-таки играете. Опытом-то делитесь?

— Играем, да. Но я с советами особо не лезу, может быть, за редким исключением.

— Охарактеризуете президента Татарстана как хоккеиста?

— Во-первых, испытываю большое уважение к тому, что человек в таком возрасте занимается спортом, да еще хоккеем. Тренируется три-четыре раза в неделю, и это с учетом плотного графика работы. Вы сможете заставить себя четыре раза в неделю просто пробежку делать? Что касается характеристик, то я бы сказал, что он похож сам на себя. У него великолепный щелчок, иногда такие голы-красавцы забивает — как профессиональный хоккеист. Еще не могу не отметить большой вклад в развитие детского хоккея, который обеспечивает Рустам Нургалиевич.

«Пилили бюджет реально»

— Давайте отмотаем на два десятка лет назад. Чем был так силен «Ак Барс» Моисеева? Ведь Советский Союз не так давно распался, и провинциальные команды только набирали силу.

— Многие, кстати, говорят, что хорошо бы вернуть Советский Союз. Даже в прессе проскакивает. Так вот, Юрий Иванович Моисеев, к сожалению, уже покойный, тоже был человек старой формации. Он знал, как работать, и умел это делать. Знал, как использовать старые принципы, тот еще, тарасовский хоккей. Мы все это прошли, почувствовали на своей шкуре, что это такое вообще — как надо работать, как надо тренироваться, как надо жить. То есть он строил команду именно по образу советской хоккейной школы. Со временем понимаешь, что это было правильно. Либо ты это принимаешь и подчиняешься, либо не подчиняешься и уходишь. Единственное в чем я с ним не согласен — это с перестройкой чемпионского состава 1998 года. «Ак Барс» развалили приезжие ребята, которые просто хотели подзаработать, и команда сразу ушла в пике.

— А разве это Юрия Ивановича инициатива была?

— У меня нет фактов, я же просто игроком был. Но думаю, ему просто навязали новичков. Тогда такие времена были — средства начинали выбивать под команду, началось зарабатывание денег.

— Грубо говоря, «пилили» бюджет?

— Пилили бюджет реально. В этом мире ничего нового нет — все уже придумано, что было много лет назад, то и сейчас. И поэтому пострадала команда, пострадали болельщики, пострадали все. Если бы была грамотная политика… Ведь могли сделать точечное усиление, не разваливая и чемпионскую команду. Добавили бы максимум пять человек, и мы бы тогда реально усилились. Нам больше и не надо было, мы еще могли играть. А сейчас получается, что те ошибки до сих пор не проанализированы, и мы по сей день наблюдаем в «Ак Барсе» то же самое. Все то же самое, ничего не меняется.

— В 1998 году был последний сезон, когда победителя определяли по «гладкому» первенству. Как считаете, переход на североамериканский формат плей-офф — это хорошо или плохо?

— Думаю, хорошо. Потому что плей-офф — это совсем другая история. Когда гладкий чемпионат, можно оторваться на 10 очков и все: мы — чемпионы! Все уже понимают, что ты чемпион, и начинается подковерная возня. Плей-офф — это совсем другая игра. Другая отдача, другие деньги.

— С другой стороны, командам, которые уже к середине чемпионата обеспечили себе место в плей-офф, уже ничего не надо?

— Но ведь важно, с какого места ты начнешь плей-офф. Домашние игры, свои болельщики — это существенно.

— Все равно матчей за 15 до конца «регулярки» понятно, что тот же «Ак Барс» займет 3—4-е место.

— Это в прошлом сезоне так сложилось, год на год не приходится. И чем еще плей-офф интересен? Помните, как мы проиграли Саратову? (Первая стадия плей-офф 1997 года, — прим. ред.)

— Да, помню, это ужас был. Все штанги обстучали.

— Вот это плей-офф, понимаете. А сколько было серий, когда команда 3:1 выигрывает и 3:4 уступает. Вот это интересно, это держит в напряжении до самой последней минуты.

— Кстати, что случилось в той злополучной серии с «Кристаллом»?

— Произошло какое-то роковое стечение обстоятельств. Мы заняли первое место в Восточной зоне и второе по итогам всего регулярного чемпионата и к концу сезона очень устали, были просто измотаны. На фоне всего этого вышли на Саратов. И вроде бы сильнее их — и физически, и по составу, и по моментам. Катали их, катали… Но так бывает — шайба просто не идет в ворота, хоть ты тресни! И никого из ребят упрекнуть не в чем — просто не было сил, реально.

«Нам говорили: либо подписывайте, либо уходите»

— Вы, Кудерметов, Зарипов, Прошкин — список лидеров, с которыми «Ак Барс» расставался очень легко, можно продолжать. Мы, по-моему, единственная команда в российском хоккее, которая так легко разбрасывается лидерами, в том числе своими воспитанниками. Согласны?

— Абсолютно. Для меня тоже загадка, почему именно так происходит. Почему ребят, которые много лет отыграли в «Ак Барсе», в Татарстане, куда-то отправляют, и они потом играют и играют, причем не в середнячках ходят, а в лидерах, большую пользу приносят? Их алкоголиками потом называли, правильно? В прессе и везде поливали. Просто надо называть вещи своими именами, тогда, может быть, что-то в этом мире поменяется в лучшую сторону. А то получается — кто-то с кем-то договаривается, кто-то доносит до людей неправильную информацию. Соответственно, никто правды не знает, все шито-крыто, и на этом все заканчивается. Почему так происходит? Надо спросить у руководителей – почему они этим занимаются? Какая у вас цель, для чего вы это делаете?

— Это опять же к вопросу о бюджетах?

— Ничего нового в этом мире нет.

— Но в других командах почему-то получалось и бюджет «использовать», и лидеров сохранять? В той же «Магнитке» хоккеисты играют чуть ли не до 40 лет.

— И там этих игроков любят, уважают и вспоминают чаще, чем у нас.

— Первое ваше пришествие в «Ак Барс» было очень долгим. Но в 2003-м вы ушли в московское «Динамо». Вы как-то говорили, что руководство вынудило.

— Так и было.

— А подробнее можно?

— Пожалуйста. Я вам свое видение расскажу, не знаю, как там было «за кулисами». Тогда ушел Моисеев и пришел Плющев. Левицкий и Корчагин не хотели давать мне контракт. Тогда как раз год прошел после того, как пришли ребята, о которых мы с вами говорили. Мы все проиграли.


Источник : https://realnoevremya.ru/sports/70354-chupin-o-hokkeiste-minnihanove-i-zolotyh-godah-ak-barsa

— Подождите, мы о 2003-м говорим, а они пришли в 1999 году.

— А в 2003-м эта история продолжалась. И мы, местные ребята, стали просить контракт. Стали искать агентов, как приезжие игроки. Мы заключаем контракты с агентами, агенты идут разговаривать с руководством. То есть не так, как раньше, когда мы просто приходили и подписывали, что дают. Руководству очень сильно не понравились эти наши ходы. И нам сказали: вот столько даем, и все. Мы спросили: почему приезжие ребята больше получают и у нас с ними разные контракты? На что толком никакого ответа не получили. Мы стали прощупывать ситуацию. Все-таки нам лет по 30 уже было. А Плющев когда пришел, стал тянуть молодежь. Причем на те же деньги, что и мы — те, кто в команде давно и результат принесли. И разговор с нами такой: либо подписываете, либо уходите. Идите и делайте, что хотите. «Ак Барс» в тот момент давал мне 200—230 тысяч долларов, а «Динамо» дало 400. И раз тут дали понять, что я не нужен, то по какой причине мне здесь оставаться? Да еще при таком отношении: хочешь подписывай, хочешь — нет. Я тогда до последнего пытался этот вопрос решить, вообще не хотел уезжать из Казани. Я и не думал вообще, что куда-то поеду, хотел закончить карьеру в «Ак Барсе». Но так сложились обстоятельства, что пришлось уехать.

— Съездили удачно. Чемпионами там стали, а потом вернулись в «Ак Барс» всего на один сезон.

— Даже не доиграл его. Билялетдинов уже был.

— Сколько вам было, когда вернулись?

— 32, если не ошибаюсь.

 

«С Билялетдиновым не сработался»

— Вполне рабочий возраст для хоккеиста. Почему не сложилось?

— Не сработались с Билялетдиновым, скажем так. Были проблемы. Подробнее не хочу. Это наши с ним отношения, пускай они останутся между нами. Зачем все выносить на суд общественности? Я этого не хочу и не люблю. Еще были кое-какие проблемы в клубе, об этом я тоже не хочу говорить. Может быть, в частном разговоре, не под диктофон.

— А потом был ХК МВД, если не ошибаюсь?

— Я плей-офф в «Ак Барсе» не играл уже, а когда сезон закончился, да, собрал вещи и уехал в Тверь. Там отыграл один сезон, потом от Крикунова поступило предложение вернуться в «Динамо». Мне было 33—34 года, вошел в сезон и где-то в его середине случился разрыв паховых колец. Пришлось оперироваться, фактически я выбыл. Мне еще поставили такие условия, что операцию пришлось делать в России, а вы сами знаете, что после наших операций восстановиться просто невозможно. Вроде бы к концу сезона оклемался и в плей-офф уже играл, но команда выступила неудачно. Я понимаю руководство: если нет результата, надо что-то делать. Понятно, что делать — старый, прооперированный игрок, надо расставаться. Это нормально. И я поехал в Новокузнецк, там еще сезон отыграл у Бориса Петровича Михайлова. И закончил. В принципе, мог бы еще поиграть в лиге пониже, но подумал: 36-й год уже идет, дети растут, хватит, наигрался, наездился.

 

«Моисеев выжимал из игроков все»

— Прежде чем переходить к современному хоккею, закончим предыдущую тему. Крикунов похож на Моисеева?

— Нет. Два разных человека.

— Я думал, он такой же жесткий.

— А кто у нас не жесткий? Все жесткие. Кроме Вуйтека и Плющева, пожалуй.

— И в чем разница между Моисеевым и Крикуновым?

— По физическим нагрузкам при Крикунове зашкаливало. Такого мы еще не проходили в предсезонке, даже при Моисееве. Были ребята, которые просто не выдерживали.

А Юрий Иванович в другом был максималист: атака, атака и еще раз атака — то, что было присуще советскому хоккею. Вот в такой хоккей мы и играли постоянно. Везде мы должны доминировать, что впереди, что сзади. Либо физически, либо технически, либо психологически, но ты должен доминировать. Везде и во всем. Вот так он нас учил. И психология победителя только так и складывается.

— Тарасовские мотивы.

— Да. И это, на мой взгляд, правильно.

— А у Крикунова?

— У Крикунова требования примерно такие же, но вот доносились они до игроков по-другому. Юрий Иванович просто брал человека за горло и выжимал из него все. Или ты даешь, или не даешь — такой у него был стиль работы.

— Я брал у него интервью, когда был еще студентом. И спрашиваю — что скажете о «Динамо» как о конкуренте? Это было не в чемпионский сезон «Ак Барса», а позже. Он отвечает: «Не будем дразнить гусей».

— В то пришествие это был уже немного другой человек. А когда Моисеев только появился в «Ак Барсе», у него был полный карт-бланш, и он из нас все выжимал. Кто выживет, тот выживет; кто нет — пойдет на улицу. А в тот период, о котором вы говорите, Крикунова сняли зимой и привезли ему на замену Юрия Ивановича.

— До этого Крикунов второе место взял, а следующий сезон провалил?

— Провалил. Как я понимаю, у него случился конфликт интересов с руководством. Лично я не видел большой необходимости снимать его прямо посередине регулярки. Можно было дать доработать человеку до конца сезона.

— Но сработало ведь — Моисеев тоже второе место занял?

— Но, извините, и состав был, и физподготовка, заложенная Крикуновым, была.

— Тысяча минут штрафа — это предмет для гордости? Или просто таков ваш стиль игры?

— Нет, как предмет для гордости я это не рассматриваю. Просто так сложилось. Где-то я перехлестывал, а где-то надо было это делать. Понимаете, раньше хоккейные правила были совсем другие. Поставьте видеокассету, посмотрите. Какие люди там играли — мужики усатые, волосатые. А сейчас что?

— Сейчас чуть зацепишь — две минуты. Я помню тот хоккей, состав 1998 года — Балмин и другие местные «группировщики».

— Да, без характера там было не выжить.


Источник : https://realnoevremya.ru/sports/70354-chupin-o-hokkeiste-minnihanove-i-zolotyh-godah-ak-barsa

— В той команде хватало игроков с мощными щелчками – Гунько, Якубов, Балмин. У вас щелчок еще и точный был  забивали по девяткам от синей линии. Откуда это? Врожденное качество?

— У меня и отец был такой. Он мне показывал, объяснял, и сам я всегда любил вратаря прошить со щелчка. Сами знаете — хоккеистами не рождаются, а становятся. Все нарабатывается. Вы видели такого ребенка, чтобы он родился уже со щелчком? Нет, он выходит на тренировку, тренирует, тренирует, бросает, бросает…

«Сарматин тренирует в Китае. Здесь оказался не нужен»

— Доводит до автоматизма. Из той команды 1998-го кто были ваши любимые партнеры по звену?

— Не было у меня любимого сочетания. Потому что со многими приходилось играть. Кудерметов, Гарифуллин и Миша Сарматин — у них своя тройка была. Серега Золотов позже пришел. Нет, мне абсолютно все равно было, с кем играть.

— А с кем из той команды поддерживаете отношения?

— Да со всеми. Вчера только Дима Балмин приходил, Саня Завьялов звонил. С Мишкой Сарматиным встречаемся. Он в Китае, правда, сейчас работает.

— А что он там делает?

— Тренирует. Здесь не нужен оказался.

— Вы почти всю жизнь живете в Казани...

— Почти всю. В 19 лет приехал и за исключением тех четырех лет, когда пришлось помотаться, живу здесь.

— Ижевцем себя еще чувствуете? Или вы уже коренной казанец?

— Коренной казанец. Какой уж ижевец? Прошло все.

— Долгое время вам принадлежал рекорд «Ак Барса» по числу заброшенных шайб. Потом Морозов, позже Зарипов его побили. Какие-то эмоции испытали по этому поводу?

— Нет, это нормальный процесс. Приходят ребята, которые помастеровитее — ради бога, никаких проблем не возникает.

 

«Зеленое дерби»? Игрокам нет разницы, с кем играть, вопрос только в премиальных»

— Сейчас большой ажиотаж создается вокруг «зеленого дерби» между «Ак Барсом» и «Салаватом Юлаевым». Но, кажется, в ваши времена куда принципиальнее для «Ак Барса» были игры с московским «Динамо», «Магниткой», Омском?

— Все очень просто: все игры принципиальны. Возьмем соперничество Казани и Уфы. Между ребятами ничего принципиального нет. Нормальная команда, уфимцам нет разницы, с кем играть — с «Ак Барсом», Омском, Челябинском, другими командами. Ажиотаж создает руководство, или это пиар-ход. Не знаю, может, руководители звонят друг другу и говорят, чтобы немного задеть: мы у вас выиграли, вот так-то.

— На уровне игроков этого нет?

— Да нет, обычная игра. Если заходит руководитель в раздевалку и говорит: сегодня игра стоит столько-то (то есть премиальные такие-то) — вот с этого начинается ажиотаж. Или тренер сидит дрожит — не дай бог Уфе проиграем, меня с должности снимут. И начинается тряска. От всего этого надо избавляться, и ребята начнут спокойно играть. Понятно, что за премиальные они рады стараться, жизнь такая. Но больше ничего нет. Я понимаю, когда на кону попадание в плей-офф или первое место в таблице. Тогда да, принципиальная игра. То же самое в плей-офф.

Что касается перечисленных вами команд, то в те времена это были ведущие силы российского хоккея. И когда ты играешь с командой, которая по очкам где-то рядом с тобой или выше, то, конечно, хочется показать себя, выиграть и получить какое-то удовлетворение, моральное и финансовое. Все зависело от места в таблице. Где была Уфа? В серединке? Ну, выиграли и выиграли, проиграли и проиграли, просто, может, премиальные за них другие давали. У нас задача была — завоевать по итогам сезона первое место. Проиграли Уфе, но на позиции в турнирной таблице это никак не отразилось, — ну и бог с ней, с Уфой.

 

«Если в «Ак Барсе» опять все с ног на голову поставят, ничего хорошего не получится»

— Что скажете про нынешний «Ак Барс»?

— Вы о клубе в целом или только о команде?

— Именно о команде. Какие прогнозы на грядущий сезон? Как считаете, в прошлом сезоне они прибавили относительно позапрошлого?

— Сейчас они должны ограничиться точечным усилением. Ведь в прошлом году поменяли достаточно игроков. Если в «Ак Барсе», с учетом прошлого сезона, все грамотно проанализируют, сделают точечные приобретения и угадают с ними, то команда поднимется и будет играть лучше. Если же они опять все с ног на голову поставят, все перетряхнут, то ничего хорошего не будет. А вообще я за то, чтобы в «Ак Барсе» в основном играли наши воспитанники.

— Сейчас в основной команде «Ак Барса» своих воспитанников больше, чем в любой другой команде из первой восьмерки КХЛ.

— Чего-чего? Фамилии назовите.

— Гарипов — раз. Ткачев, он киевский, но воспитанник «Ак Барса».

— Давайте сразу определимся — кто для вас воспитанник «Ак Барса»?

— Тот, кто закончил школу «Ак Барса».

— А для меня — тот, кто пришел на набор. Это две большие разницы. Де-юре он может прийти за год до выпуска школы «Ак Барса», закончить ее и стать «воспитанником клуба».

Школа «Ак Барса» уже давно не работает. Тут много факторов, почему так происходит. На самом деле, развитием хоккея среди местных ребят надо было заниматься лет 10—15 назад. Тогда сегодня мы с вами наблюдали бы совсем другую картину. Могу ошибиться в цифрах, но если вы сядете и посмотрите пофамильно, кто играет в клубах ВХЛ и МХЛ, то казанских воспитанников вы там практически не найдете. На первичный набор только в школу «Ак Барса» приходит 150—200 человек, а заканчивают ее всего 5—10 местных ребят. Причина в том, что у нас покупают игроков. В том числе и из Киева, как вы говорите.

— Что происходит с местными ребятами, которые не закончили школу «Ак Барса»?

— Кто-то заканчивает с хоккеем, кто-то едет по всей России шерстить. И это при том, что в Казани созданы все условия: заработные платы для тренеров, инфраструктура — в общем, все. А вы приходите на хоккей, садитесь на трибуну и думаете, что играют «наши».

 

«Стиль игры «Ак Барса» не нравится совсем»

— От «Ватана» до «Татнефть Арены» совсем недалеко. Почему вас так редко можно увидеть на хоккее?

— А я не хожу.

— Почему же?

— А зачем?

— Ну, хоккей посмотреть. Родные цвета все-таки.

— Цвета те же, упаковка красивая, а содержание…

— Вам в целом не нравится, как играет «Ак Барс»?

— Да. Стиль игры не нравится абсолютно.

— Ярких игроков мало в составе?

— Азеведо хороший игрок, мне нравится — грамотный, техничный хоккеист. Ткачев неплохой, хорошо играет.

— А зачем «Ак Барс» подписал семь молодых игроков из Новокузнецка?

— Я бы тоже хотел этот вопрос задать. Свои есть, но они и в мои времена не нужны были, а уж сейчас, когда есть большие деньги, и подавно.

— Как вы считаете, государство должно полностью субсидировать занятия детей хоккеем?

— А как же? Помните, как было в Советском Союзе? Папа приходит с работы: сынок, ты едешь в лагерь. 70 процентов путевки оплатило государство, 30 — папа. То есть вы поехали в лагерь практически бесплатно. Потом, вы приходите в секцию — все бесплатно: форма, коньки, поездки на соревнования. Сейчас сами дети за все платят, в том числе за участие в соревнованиях.

 

«Блат в детском хоккее зашкаливает»

— Как вы оцениваете развитие КХЛ в целом? Хуже не стало?

— А где брать игроков высокого уровня? Вот возьмите крупных спонсоров — «Газпром», «ВТБ», «Татнефть». Раз мы свои школы не развиваем, раз нет детей или мы плохо их растим, то где брать игроков?

— Из числа легионеров?

— Правильно. Значит, наши деньги уходят за границу. Лучше бы вложили эти деньги в парня и получили выхлоп. И многие социальные проблемы закрыли сразу.

— Но мы сейчас говорим о профессиональном хоккее. Когда КХЛ создавалась, Медведев позиционировал ее как независимый от ФХР коммерческий проект.

— Может быть, тогда так и надо было. А сейчас, на мой взгляд, деньги надо вкладывать в детские спортивные школы. Вот тогда и хоккеисты будут у нас нормальные, а кто хоккеистом не станет, все равно будет нормальным здоровым человеком

— А сейчас есть в КХЛ команда, где все делается по уму?

— Мне нравится СКА. Родители приезжают, рассказывают — там все для ребенка делается. Питание, проживание… Надо только попасть в эту систему.

— Охарактеризуйте блат в детском хоккее.

— Зашкаливает.

— А у вас?

— У меня? Ни одного случая не было в «Ватане». Пожалуйста — приходите, занимайтесь, мы всем поможем. У нас блатных нет.

Артур Халилуллов Реальное Время
Источник : https://realnoevremya.ru/sports/70459-vtoraya-chast-intervyu-alekseya-chupina

 


Источник : https://realnoevremya.ru/sports/70459-vtoraya-chast-intervyu-alekseya-chupina

 

 

 


Источник : https://realnoevremya.ru/sports/70459-vtoraya-chast-intervyu-alekseya-chupina


Источник : https://realnoevremya.ru/sports/70459-vtoraya-chast-intervyu-alekseya-chupina


Источник : https://realnoevremya.ru/sports/70354-chupin-o-hokkeiste-minnihanove-i-zolotyh-godah-ak-barsa


Источник : https://realnoevremya.ru/sports/70354-chupin-o-hokkeiste-minnihanove-i-zolotyh-godah-ak-barsa


Источник : https://realnoevremya.ru/sports/70354-chupin-o-hokkeiste-minnihanove-i-zolotyh-godah-ak-barsa


Источник : https://realnoevremya.ru/sports/70354-chupin-o-hokkeiste-minnihanove-i-zolotyh-godah-ak-barsa

«Татнефть» тоже могла соревноваться в зарплатах хоккеистов со СКА и ЦСКА, но у нас выбрали другой путь – воспитывать своих ребят», – говорит вратарь «Ак Барса» Эмиль Гарипов, который за последние 15 лет стал первым местным воспитанником в роли основного вратаря «барсов». Гарипов рассказал о том, как он справляется с критикой болельщиков и какой должна быть его жена.

«ЗАРИПОВ МОЖЕТ ПОМОЧЬ ЛЮБОЙ КОМАНДЕ»

Эмиль Гарипов
Фото: «БИЗНЕС Online»

 

– Эмиль, вас вызывали в сборную России, но вы так и не сыграли ни одного матча. Почему?

– Говорили, что я должен был играть, но затем решили, что будет Сорокин. А потом я уже травму получил – голеностоп начал болеть. Снимок показал, что растяжение – нужен был покой. Может быть, из-за длинного сезона и на фоне усталости начали появляться болячки.

– Какие планы на лето?

– Слетаю отдохнуть, а потом начну готовиться к сезону в Казани. У меня тут лучшие тренеры вратарей.

– Что чувствовали, когда выходили на первый в карьере матч в плей-офф в качестве основного вратаря?

– Я знал и чувствовал, что всё будет хорошо. Я выходил и понимал, что на всё воля Всевышнего.

– Какую оценку себе поставите?

– Команде можно поставить нормальную оценку – завоевали бронзовые медали. Себя я не буду оценивать. Тренеры сказали, что сыграл хорошо. Дальше будет лучше.

– Почему проиграли серию «Магнитке» 0-4?

– Игры были равные, мы первый матч должны были выигрывать. Третью, дома, тоже должны были забирать. Вот так получилось.

– Вратарям вообще возможно противостоять Сергею Мозякину и Данису Зарипову?

– Конечно. Вы же сами видели, что все игры были равные: мы в каких-то матчах вели, где-то проигрывали в одну шайбу. Вопрос в концентрации – они мастера, не прощают малейшей расслабленности.

– Сердце не ёкало, когда они входили в вашу зону?

– Я никого не боюсь.

– Такой мастер, как Зарипов способен помочь «Ак Барсу»?

– Данис любой команде может помочь. Я был бы только за возвращение Зарипова. Тем более, мы с ним хорошо общаемся.

– Что можете сказать о финале Кубка Гагарина?

– Сейчас уж нет смысла что-то говорить, анализировать. Могу лишь сказать, что «Татнефть» может и с «Газпромом», и с «Роснефтью» соревноваться в зарплатах игрокам. «Ак Барс» может любому хоккеисту предложить такую же зарплату, как СКА или ЦСКА. Просто в Казани выбрали другой путь – воспитывать своих ребят. Это приносит плоды. Посмотрите, сколько у нас было своих воспитанников в составе три-четыре года назад, и сколько их сейчас.    

«БИЛЯЛЕТДИНОВ МОЖЕТ ПОШУТИТЬ»

– Вы злитесь на партнёров, когда они теряют концентрацию и «привозят» голы?

– Нет. Я ведь тоже могу ошибаться. Мы одна команда: если мы в дерьме, то мы в дерьме все вместе, а если побеждаем, то на пьедестале тоже места для всех, а не для кого-то одного. У нас нет такого, что кто-то один во всём виноват.

– Тренер вратарей Ари Мойсанен с вами разговаривает во время матчей?

– Когда видит какие-то ошибки, то сразу подбегает. В прошлом сезоне трижды такое было.

– Что он говорит?

– Пусть это останется между нами. Перед плей-офф мы с ним разговаривали. Помните, когда мы проиграли несколько матчей подряд, я говорил, что не надо сейчас никаких выводов делать. Судить можно будет по плей-офф.

Ари Мойсанен (слева)
Фото: «БИЗНЕС Online»

 

– Как не перегореть перед первым матчем в плей-офф?

– Я психологически нормально к этому был готов. Это ведь не первая моя игра была в сезоне, просто плей-офф – немного другая атмосфера, но всё остальное такое же. Перед матчем делал всё, как обычно. Не переживал.

– В «Ак Барсе» у вас в следующем сезоне будет новый конкурент – Тимур Билялов. Какие у вас с ним отношения?

– Хорошие. Я ни с кем не враждую. Я всегда сконцентрирован на своей игре. Я в себе уверен, но всё будет по воле Всевышнего.

– Видели игру Билялова? Говорят, он дико талантливый.

– Видел три-четыре игры, хороший вратарь, будем работать вместе.

– Какие отношения в минувшем сезоне были с вашим сменщиком Станиславом Галимовым?

– В этом сезоне хорошие. Да и в прошлом не было такого, что мы ругали как-то друг друга. Просто меньше общались. Не было никакой внеигровой конкуренции между нами.

– В какой момент пришло осознание, что вы – основной вратарь?

– В любой момент можно всё потерять, поэтому я не зацикливаюсь на этом. Например, когда я был вторым вратарем, я не думал, что я второй, потому, когда меня выпускали на лёд, у меня получилось хорошо играть.

– Зинэтула Билялетдинов по ходу сезона часто с вами общался?

– Да. Он общается со всеми, у нас хорошие отношения внутри команды. Он подходит, шутит.

– В «Ак Барсе» можно шутить?

– Представляете. Даже смеяться разрешено. Зинэтула Хайдярович может разбавить напряженную обстановку какой-нибудь шуткой.

«ЧУВСТВУЮ, ЧТО «АК БАРС» НАРОДНЫЙ КЛУБ»

 
Фото: «БИЗНЕС Online»

 

– Не было проблем с тем, что еще в середине сезона стало понятно, что вы будете первым вратарем?

– Нет, а в чем проблема?

– Мотивация.

– Выиграть Кубок – тоже мотивация.

– У вас всегда были проблемы с мотивацией, когда за спиной не было сильного конкурента.

– Я тогда был ребенком. Сейчас по-другому на всё это смотрю. С возрастом меняется осознание жизни. С каждым годом всё равно становишься старше, ставишь перед собой другие приоритеты. Понимаю, что для вратаря особенно важно ко многим житейским вещам относиться проще. Не обращаю внимания на очень многое. Например, уже не смотрю, что про меня пишут. В жизни самое главное, чтобы твои родные и близкие были здоровы, поэтому всё остальное мне без разницы.

– Когда вы в последний раз срывались на кого-нибудь?

– У меня такого никогда не было. Я сам по себе спокойный, стараюсь в жизни не обращать внимания на бытовые проблемы: кто-то на кого-то наорал на дороге, или в магазине что-то сказал, ну бывает что теперь. На такие мелочи я даже не смотрю.

– А клюшку когда в последний раз ломали от злости?

– Так нельзя. Зинэтула Хайдярович потом устроит... Это же цирк, я играю в «Ак Барсе» – это народный клуб. Татары повсюду за нас болеют: в России, в Финляндии, в Швейцарии. Я чувствую, что «Ак Барс» – народный клуб. Куда бы не приехал, везде есть наши болельщики, я ни в одном другом клубе такого не встречал. Вот играли мы в Китае, так и там за нас болели.

– В Казани есть еще «Рубин», но ключевое отличие, что там не так много своих воспитанников.

– Есть же Эльмир Набиуллин. Хотя, да, у нас намного больше своих ребят.

– Может быть, в этом и проблема «Рубина»?

– Думаю, если бы в школе были игроки уровня иностранцев, они бы играли в основном составе. Я не знаю, почему там такая проблема. Может быть, потому что хоккей – вид спорта номер один.

– Чувствуете, что он номер один?

– Да. Люди встречают, хвалят, подбадривают. Да и посещаемость посмотрите, ну и плюс хоккеем занимается намного больше людей, чем футболом, у нас же очень много дворцов в республике.

«КОГДА ОБЫЧНЫЕ ЛЮДИ БУДУТ НОРМАЛЬНО ХОДИТЬ, КАКОЙ-НИБУДЬ БЫВШИЙ ХОККЕИСТ БУДЕТ ХРОМАТЬ»

 
Фото: «БИЗНЕС Online»

 

– Чего больше – положительного или отрицательного?

– Конечно, добра. Я знаю, что все мусульмане России за меня. Но и отрицательного хватает, люди у нас такие, что им всегда всё мало. Сперва было важно пройти Уфу – мы её прошли, потом нужно было протий Омск – мы тоже прошли. Дальше «Магнитка», да проиграли, но это спорт.

– Это нормальный спортивный азарт. Вам тоже должно быть всегда мало.

– Убери у «Магнитки» Зарипова и Мозякина и поставь серию заново – она совсем по-другому закончилась бы. Сколько оскорбительных вещей пишут про нас, люди не понимают, сколько мы травм получаем. Они думают, что если мы хоккеисты, то у нас всё есть. Но это ведь большой труд: травмы, переломы, сотрясения. Это в будущем всё скажется на здоровье. Когда обычные люди будут нормально ходить, какой-нибудь бывший хоккеист будет хромать. Мы играем ради них, а они нас оскорбляют. Ребят, приходите лучше нас поддержать.

– Это же только отдельная группа людей.

– Да, мы чувствуем поддержку тех, кто приходит на стадион. Но люди всё равно оскорбляют, судят нас, хотя не знают всей хоккейной кухни. Мы, когда в детстве приходили в хоккей, рисковали всем, потому что если не получится, то ты оказываешься на улице без образования и всего прочего. Вот сколько ребят становится профессиональными хоккеистами? Ну, два-три человека из возраста, а остальные потом с трудом находят себя в жизни. Да, кому-то больше повезло, но за этой удачей стоит огромный труд. 

– Как часто встречаете негатив?

– Встречаю, но не часто.

– Бывает и адекватная критика, без оскорблений.

– Бывает, конечно. Но есть один момент: один тренер мне сказал, что 99 процентов людей в хоккее, ничего не понимают в игре вратарей. А что говорить о тех, кто не в хоккее?

– Если вратарь «бабочку» пропустил, то не нужно быть знатоком, чтобы понять, кто виноват в этом.

– Вы же не знаете, какие предпосылки к этому были. Вот даже Коскинен, когда пропустил от красной линии – шайба в последний момент вектор поменяла. Ты никак не отреагируешь на такой бросок. Это всё нужно учитывать. В таких ситуациях вратарю главное не сломаться. Кстати, Коскинен и не сломался, что только подчеркивает его класс.

«ВСЮ ЗАРПЛАТУ ОТДАЮ РОДИТЕЛЯМ»

– Как не зацикливаться на чем-то? Сложно после пропущенной шайбы собраться? Наверное, начинаешь думать, копаться в себе...

– Главное – отразить следующий бросок, и ты должен думать только об этом. Это от головы всё идет. Мне сильно помогает вера, ведь на всё воля Аллаха, если он захотел что-то, то я не в силах ему помешать, но я всегда сам должен стараться.

– Можно же расслабиться, ничего не делать и сетовать только на Аллаха?

– Нет, говорят же, что ты должен выкладываться на полную, а результат останется за Всевышним. Я должен выполнять свою работу добросовестно, тогда и придёт результат. Предпосылки к успеху ты должен создавать сам, понятно, что за тебя никто и ничего не сделает.

– Есть мнение, что вы прикрываетесь религией. Якобы, это всё ширма.

– А кто так говорит? Откуда они могут знать? Они ведь меня не знают, не видели. Мои близкие знают, какой я человек. Главное, что живы мои близкие и братья, есть любимая работа. Всё остальное не важно. Всевышний направил меня на правильный путь и он будет судить мою верюу и меня.

 
Фото: «БИЗНЕС Online»

 

– У вас зарплата больше, чем у 99 процентов сверстников. Как не поддаться соблазнам?

– Я всю зарплату родителям отдаю. Оставляю себе на еду, еще какие-то вещи. Родители мне, таким образом, создают какую-то подушку безопасности на будущее. Многие ведь игроки прожигают жизнь во время карьеры, а потом у них ничего не остается. Мне отец всегда говорил, что ты должен жить так, чтобы после карьеры мог жить такой же жизнью и тебе на это хватало. Нужно скромнее жить.

– По вашему автомобилю так не скажешь.

–  И у скромности должны быть свои границы.

– Вы помогаете другим людям?

– Да, но я не буду об этом говорить.

– Молодой, красивый парень, богатый – нет проблем с тем, чтобы найти себе подругу жизни, но почему-то Эмиль Гарипов ещё в списках холостяков. 

– Я уже определился со своим идеалом. Мне хватит одного часа разговора, чтобы понять, какой передо мной человек. Поэтому не боюсь, что кто-то будет со мной встречаться только из-за денег. Хочется уже семью, найти себе правильную девушку. У вас в обзоре холостяков всё правильно про меня написали.

ДОСЬЕ «БИЗНЕС Online» 
Эмиль ГАРИПОВ 
Дата рождения: 
15 августа 1991 года 
Место рождения: Казань 
Карьера: «Барс» (Казань) – 2009 - 2013; «Нефтяник» (Альметьевск) – 2008 - 2013; «Ак Барс» (Казань) – с 2011 года.
Достижения: серебряный призёр чемпионата мира среди юниорских команд (2009), чемпион мира среди молодёжных команд (2011), чемпион Универсиады (2009. 2011), финалист Кубка Гагарина (2014), бронзовый призёр КХЛ (2017).

«Не знаю, как будет в хоккейном плане, если Зарипов вернётся. Но то, что на 500 болельщиков будет больше ходить на игры «Ак Барса» – факт», – считает помощник Наиля Маганова по спорту Рафик Якубов. В интервью «БИЗНЕС Online» генеральный менеджер «Нефтяника» признал итоги минувшего сезона провальными, оценил создание Академии хоккея и рассказал, кому принадлежат 60% успеха в прошлогодней победе в Братине.

«МЫ ВОЗЛАГАЕМ БОЛЬШИЕ НАДЕЖДЫ НА ТРЕНЕРСКИЙ ШТАБ ГИЗАТУЛЛИНА»

Рафик Якубов (слева)

Фото: ahc-neftyanik.ru

– Рафик Хабибуллович, в «Нефтянике» произошли глобальные изменения – в клубе появился новый президент.

– Да, это Ринат Шафигуллин – заместил генерального директора ПАО «Татнефть» Наиля Маганова. Он еще в прошлом сезоне помогал нашему клубу. Человек, который заболел хоккеем. Мы оба считаем, что в Альметьевске должен быть хоккей на высоком уровне. Должна быть топ-команда на уровне ВХЛ. Огромное спасибо предыдущему президенту Владимиру Лавущенко от всего клуба и ребят. Он очень много сделал для «Нефтяника».

– Насколько известно, произошли перемены и в тренерском штабе.

– Да, наконец-то, я могу сказать об этом: главным тренером будет Ильнур Гизатуллин, помогать ему будут Александр Шахворстов, Евгений Мухин и Айрат Мухитов. Мы возлагаем большие надежды на этот тренерский штаб.

– Почему именно Гизатуллин?

– Он – воспитанник казанского хоккея, человек, который поработал в ВХЛ. Желающих возглавить «Нефтяник» было много. Но хотелось именного молодого тренера, тем более в КХЛ сейчас тоже наблюдается тенденция в сторону молодых специалистов. Мы хотели поддержать молодую волну и по-новому двигаться вперёд.

– Есть в контракте с Гизатуллиным какие-то четкие задачи? Например, победа в Братине?

– Задачи будут определены непосредственно перед началом сезона, потому что сейчас много текущей работы, селекционной, а потом начнутся сборы.

Ильнур Гизатуллин
Фото: facebook.com/hclada

 

– Долго ли Гизатуллин думал над вашим предложениям?

– Он думал, потому что не каждый человек уедет из КХЛ в ВХЛ, даже учитывая, что по организационным моментам мы ничем не хуже «Лады». Ильнур хочет вырасти в сильного специалиста, мы видим в нём стремление, поэтому и пригласили его. Тот же Шахворостов – очень амбициозный тренер, про хоккей он знает очень многое, но где-то у него не складывалось из-за его характера. В первой же беседе между нами было оговорено, что между тренером и игроками должен быть только диалог. Думаю, проблем с этим не будет.

 

«МИНУВШИЙ СЕЗОН МЫ ПРОВАЛИЛИ»

– Смена тренерского штаба связана с неудачным выступлением в минувшем сезоне?

– В первую очередь, хочется извиниться перед болельщиками, перед руководителями «Татнефти», которые много сделали и делают для успешного выступления «Нефтяника». 11-е место по итогам регулярного чемпионата и вылет в первом раунде – это провал. Почему так получилось? Где-то недоработали, переоценили свои возможности. Я тоже беру на себя вину, потому что были сделаны ошибки в селекционной работе. Вроде бы были привлечены опытные игроки, но они не смогли попасть в командный рисунок игры. Не снимаю ответственности и с тренерского штаба, который на второй год после чемпионства не сумел создать боевой коллектив, чтобы добиваться высоких результатов. К тому же сейчас уже можно не скрывать, что 60 процентов чемпионства «Нефтяника» была игра Билялова. Говорят, что вратарь – это пол-команды, но тут было больше.

– Выручал вас?

– Делал это в важные моменты. Знаете, в чемпионский год еще сыграл фактор поддержки болельщиков. Команда была вверху таблицы и побеждала. Ребята почувствовали вкус победы. Это как у Балашихи в этом сезоне. Мы если бы эту команду дома в третьем матче обыграли, то прошли бы их. Мы всю игру вели, должны были забивать еще две-три шайбы, а в итоге проиграли. Эта победа вселила в них уверенность. Примерно такая же ситуация была и у нас в позапрошлом сезоне.

– В команде у игроков и тренерского штаба не было звездной болезни после чемпионства?

– Я бы не сказал так. Много просчетов было. Может, просто не смогли где-то достучаться до игроков, объяснить, что на нас теперь будет другой настрой, ведь мы – чемпионы. Некоторым командам вообще самое главное было обыграть именно нас, а остальное уже не важно.

– А если говорить о другой задаче, о которой вы так много говорили – вернуть любовь публики. Она вернулась?

– Вернулась. Даже при плохой игре в домашних матчах, а мы действительно играли неуверенно, у нас болельщиков в этом году стало намного больше. Стадион полностью, конечно, на всех матчах не заполнялся, но обстановка была другая. Думаю, сыграл еще фактор того, что мы дворец отремонтировали, болельщикам стало уютнее и приятнее находиться на хоккее: атмосфера другая, праздничная.

 
Фото: «БИЗНЕС Online»

– Не было мысли поменять тренера еще по ходу сезона?

– Сигнал был где-то еще в октябре, когда мы плохо провели домашние матчи. Командой игры не было видно, плюс чувствовалось, что не было коллектива внутри. Не было атмосферы и заряженности, которая присутствовала во время чемпионского сезона.

 

– Говорят, что важно сохранить чемпионский состав, но при этом нужна и свежая кровь. Согласны?

– Мы чересчур много свежей крови добавили.

– А как сохранить баланс?

– Если бы мы знали, мы бы каждый год становились чемпионами. Не ошибается тот, кто ничего не делает. Мы попытались ввести свежую кровь, но это были не молодые игроки, а опытные. В итоге в некоторых из них мы ошиблись.

– Как, наш ваш взгляд, можно сохранить баланс между взрослыми и молодыми игроками в составе?

– Коллектив команды очень сильно зависит от тренера, именно он создает внутреннюю атмосферу. Одно дело генеральный менеджер, но другое – главный тренер, который постоянно общается с игроками. Общение должно быть постоянно между тренерами и игроками – это психология.

– Многое зависит и от помощников тренера.

– Я говорю о тренерском штабе, не только о главном. Иногда бывает, что главный тренер строгий, а его помощник – более гибкий. У меня в игровой карьере полно таких ситуаций было. Например, Цыгуров и Михалёв – два великих тренера. Цыгуров кого-нибудь пожурит, а Михалёв потом мог поддержать этого игрока.

«НАМ НУЖНО ДРУЖИТЬ С «НЕФТЕХИМИКОМ»

– Насколько серьезно требуется усиление состава?

– Сейчас осталась точечная селекционная работа, подписания будут минимальными, потому что костяк команды сохранен. По регламенту у нас сейчас должны играть два молодых игрока, мы будем ждать помощи от Казани. Потому что пока в Альметьевске свои воспитанники слишком молодые, начиная с 2000 года рождения. Наша школа в общем зачете по Поволжью заняла первое место – впервые в истории клуба. Обошли Казань, Нижнекамск, Пензу, Тольятти. Школа заработала очень хорошо, но «Нефтяник» начнет питаться своими воспитанниками только через три года.

– За счет чего школа так начала работать?

– Был фундамент и хороший тренерский состав. Хочу сказать большое спасибо Раилю Якупову, который очень помог нам с нашим резервом – «Спутником» и ДЮСШ. В прошлом году мы заявили«Спутник» в МХЛ-А, и впервые в истории ни один наш воспитанник не уехал в другой город. Зачем покидать Альметьевск, когда у тебя теперь такая же команда есть дома? Обычно по три-четыре воспитанника уезжали в другие города.

– Недавно в Казани была создана Академия хоккея, куда вошел и «Нефтяник». Как отнеслись к этой инициативе?

– Считаю, что создание Академии имени Юрия Моисеева – это хорошая идея. Был на двух презентациях Академии в Казани и Альметьевске, слушал их задачи в воспитании подрастающего поколения хоккеистов. Это вселяет надежду.

– Необходимость в этой Академии была?

– Когда детей уже с пяти лет калечат, нагружают железом, кроссами – это плохо. Сейчас будет конкретный контроль, родители отнеслись к этому очень хорошо. Честно скажу, что по началу я скептически относился, но потом, чем больше стал общаться и вникать, тем лучше стал понимать идею Академии. Хорошо, что они будут следить за здоровьем детей, потому что это самое главное. Плюс, немаловажный момент, что приезжих игроков в каждом возрасте будет не больше трех человек. В Татарстане достаточно много своих молодых игроков.

– С тяжелым сердцем отпускали Якупова в Нижнекамск?

– Я был готов к этому, потому что разговоры шли давно, это решение не за день было принято. Наиль Ульфатович отнесся к этому положительно. Нижнекамск – это родной дом Якупова, у него там семья, он там вырос, и тем более ему была предложена высокая должность генерального менеджера «Нефтехимика».

– Кто теперь у вас будет спортивным директором?

– Ришат Гимаев.

– Учитывая, что Якупов вернулся в «Нефтехимик», стоит ли ждать нижнекамских ребят в составе «Нефтяника»?

– Мы находимся в одной республике, у нас должны быть партнерские отношения, особенно, что касается обмена игроками. Хотелось бы, чтобы все команды сотрудничали на взаимовыгодных условиях.

«ПОСЛЕ ИЗМЕНЕНИЯ В РЕГЛАМЕНТЕ ВХЛ 45 ЧЕЛОВЕК ПОЙДУТ «НА МОРОЗ»

– Есть игроки из «Барса», которые могли бы вас усилить?

– Те игроки, которых «Ак Барс» отдал нам из «Барса» в прошлом году, они там были лучшими. Сейчас там пока идет слишком молодое поколение.

– Возможно ли в ВХЛ построить фундамент на несколько лет?

– Есть категория хоккеистов, которая уже выше головы не прыгнет. А есть категория, которая для ВХЛ – это супер уровень, но до КХЛ они пока не дотягивают. Те же молодые ребята у нас из Казани – Ястребков, Ибрагимов. Из них должны получиться хорошие игроки, но пока им нужно пахать и пахать. Не надо торопиться и сразу бежать в КХЛ.

 

Фото: «БИЗНЕС Online»

– В «Нефтянике» такие условия, что и в КХЛ не каждый захочет убегать.

– Да, действительно у нас самый стабильный клуб в ВХЛ, где идеальные условия. Но наши финансовые условия несопоставимы с условиями команд КХЛ.

– Сейчас в ВХЛ будут изменения в регламенте, по которым можно держать в команде только пятерых игроков старше 28 лет. По вам это сильно ударит?

– Я думаю, что из-за этого сейчас в нашей лиге около 45 человек пойдут «на мороз», просто не смогут найти работу. Кто-то закончит карьеру, кто-то поедет заграницу.

– Это хорошо или плохо?

– Мне, как бывшему хоккеисту, обидно. В 28 лет кто-то не проходит в состав, и что ему теперь – заканчивать? Считаю, что в таком возрасте это рановато. Мы сейчас оставили в «Нефтянике» пятерых, но с двумя пришлось расстаться. Всё это делается искусственно.

– Уровень конкуренции возрастет.

– Считаю, лучше увеличить лимит на молодых игроков. А возрастных зачем трогать? Может тот, кому 35 лет, сильнее любого молодого парня? Не понимаю, почему 29-летний парень должен раньше заканчивать с карьерой, чем, например, 25-летний, который слабее его. Мы даже заявить только пятерых возрастных можем. Мы с сожалением расстались с Максимом Сергеевым и Сергеем Парфирьевым. Они могли бы еще принести пользу нашему клубу, тем более один из них местный, альметьевский, другой – казанский. Оба играли тут душой.

«ТРЕТЬЕ МЕСТО «АК БАРСА» – ЭТО ДОСТИЖЕНИЕ»

– Вратарскую линию какой видите? Рейзвих не оправдал ожиданий?

– Мы отпустили его по обоюдному согласию. Мы считаем, что раз команда заняла 11-е место, то в этом есть доля вины и вратарской бригады. В этом сезоне не было такой надежности, как при Билялове в чемпионский год.

– У вас есть несколько игроков, с которыми вы советуетесь?

– Есть капитан, два ассистента и несколько авторитетных игроков. Бывает, что перед каким-нибудь важным матчем нужно собрать этих ребят, поговорить с ними, а они уже должны донести до команды.

– То есть, такой метод воздействия у вас в «Нефтянике» есть?

– Такое было в чемпионский год. Мы сейчас хотим такого же.

– Какой вы видите вратарскую бригаду на следующий сезон?

– У нас пока есть Ярославлев и Голубев. Мы планируем найти еще одного вратаря высокого уровня.

– Ярославлев и Голубев – это второй и третий номера команды?

– Между вратарями будет конкуренция. Что касается Ярославлева и Голубева, то оба ребята рабочие. Когда-то ведь они тоже должны становиться основными вратарями – нужно доверять молодым.

Евгений Ярославлев (справа)
Фото: «БИЗНЕС Online»

– Про Голубева всегда говорили, что он блатной из-за отца.

– Зря. Его отец никакого отношения не имеет, просто парень сам по себе рабочий, целеустремленный, который хочет играть. Ему пока всего 21 год, и у него хорошее будущее.

– Как обстоят дела с новым дворцом?

– Сейчас пока поставлена цель построить два новых и современных искусственных льда для детской школы. Наш дворец, который был отремонтирован, думаю, его два-три года протянет. Если будем хорошо играть, то обязательно будет построен новый дворец. Тем более, нам это было обещано. Сейчас первостепенная задача – построить два тренировочных льда для школы. Работы начнутся уже осенью.

– Как оцените выступление «Ак Барса» в этом сезоне?

– Что бы там ни говорили, считаю, третье место – это достижение. Все-таки «Ак Барс» прошел Уфу, Омск. Но «Магнитка» реально была сильнее.

– Настолько сильнее, что счет в серии 4-0?

– Зацепи «Ак Барс» в Магнитогорске хотя бы одну игру, я не знаю, что было бы дальше.

– Нужно ли возвращать Даниса Зарипова в Казань?

– В разговоре с Наилем Ульфатовичем говорил, что не знаю, как будет в хоккейном плане, если он вернется. Но то, что на 500 болельщиков будет больше ходить на игры «Ак Барса» – факт. Зная Даниса, он очень хотел бы завершить карьеру именно в Казани.

ДОСЬЕ «БИЗНЕС Online»
Рафик ЯКУБОВ

Дата рождения: 14 сентября 1966 года 
Место рождения: Казань
Карьера игрока: СК им. Урицкого (Казань) – 1989 – 1990; «Итиль» (Казань) – 1990 – 1992; «Лада» (Тольятти) – 1992 – 1994; «Ак Барс» (Казань) – 1995 - 1999; «Нефтехимик» (Нижнекамск) – 1999-2002.
Карьера руководителя: генеральный менеджер «Нефтехимика» (Нижнекамск) – 2008 – 2014. Главный тренер «Нефтехимика» (Нижнекамск) – 2014 – 2015. Генеральный менеджер «Нефтяника» (Альметьевск) – с 2015 года.
Достижения в качестве игрока: чемпион России (1996, 1998).
Достижения в качестве руководителя: обладатель Братины (2016).

Ещё статьи...